Что само по себе заставляло Хэна заподозрить неладное. И даже очень.

Ландо, похоже, пришел к тому же выводу.

— Не нравится мне все это, Хэн, — прошептал он, настороженно озираясь по сторонам, пока Соло отпирал дверь бокса. — Слишком уж легко мы прошли.

— Ага, я в курсе, — не стал спорить Хэн.

Оглядевшись напоследок, он схватил Лобота за руку и втащил его внутрь. Может, перепрограммирование импланта, которое час с лишним назад на скорую руку предпринял Ландо, и сбило имперцев со следа, но зато сам киборг в окружающей реальной обстановке теперь не ориентировался. Если дело дойдет до драки у трапа «Госпожи удачи», толку от него будет как от банты молока.

В проходе через заправочную и ремонтную зону бокса тоже никого не оказалось. Приятели миновали темный коридор и ступили на пермакрит открытой посадочной площадки.

Яхта ждала на своем месте, на вид — совершенно не изменившаяся со времени их ухода.

— Как только окажемся на борту, врубай двигатели, — втолковывал Хэн Калриссиану. — Я займусь пушками. Может, Моегид сумеет взломать компьютер диспетчерской и срочно организовать нам взлетный коридор…

— В этом нет необходимости, — тихо, но отчетливо раздалось у него за спиной.

Хэн круто развернулся, рука сама подняла позаимствованный у незадачливого полицейского бластер.

Оказывается, к нему обращалось мерцающее голографическое изображение. В натуральную величину. Голубая кожа, белоснежный китель, горящие красным огнем глаза…

Позади Хэна поперхнулся Ландо.

— Это он, — только и смог прохрипеть Калриссиан.

Соло только кивнул — у него и самого внезапно возникли проблемы с даром речи. Это действительно был он самый.

Гранд адмирал Траун.

— Прошу вас, сложите оружие на землю, — очень вежливо приказал Траун. — Хотелось бы поговорить с вами лично, но я вовсе не жажду, чтобы меня застрелили, сами понимаете.

— Понимаю, — согласился Хэн, покрепче вцепившись в бластер и обшаривая взглядом посадочный бокс.

Где-то здесь должны были быть и реальные силы противника.

— Полноте, капитан Соло, — улыбнулась ему голограмма. — Не думаете же вы, что сумеете вырваться с Бастиона, как это удавалось вам на столь многочисленных прочих системах в ходе вашей переменчивой карьеры? Вы ведь хотите снова увидеть вашу жену и детей, верно?

На лбу у Хэна выступила испарина. Огромным усилием воли он заставил себя чуть расслабить хватку на рукояти бластера.