Он покосился на панель Мары в поисках монитора сенсорных систем…

— Забудь на минуту о тактике и стратегии, — резко сказала Мара. — Просто посмотри на нее…

Люк наморщил лоб и снова погрузился в изучение вида из иллюминатора. Крепость как крепость. Стены. Плоская, округлая крыша, довольно сильно наклонена в сторону ворот. Ангар над воротами торчит. Четыре башни, ощетинившиеся стволами орудий, возвышаются вдоль дальнего изогнутого края. Одна нетронутая башня ниже и впереди…

— Хорошенько посмотри, — мягко и терпеливо повторила Мара.

И он увидел.

— Звезды Алдераана, — потрясение выдохнул он.

— Ну разве не смешно? — странным голосом проговорила Мара. — Мы с ходу отбросили гипотезу о том, что это может быть некое супероружие. Траун никогда не прибегал к супероружию, говорили мы все. А это как раз оно и оказалось. Единственное супероружие, которым пользовался Траун. Единственное супероружие, которое могло ему понадобиться.

Люк вспомнил голографическую карту Галактики, все эти планеты и ресурсы, которые подчинил Траун. Вполне достаточно, чтобы хрупкое равновесие сил в Галактике покачнулось — в ту сторону, которую выберет его преемник.

— Информация, — прошептал Люк. Его бил озноб. Мара кивнула.

— Информация.

Люк кивнул в ответ, неотрывно глядя на крепость, которая уже была далеко внизу. Плоская крыша, четыре башни и одна перед ними в точности напоминали ладонь и пять пальцев, протянувшиеся, чтобы сорвать с неба звезды.

Рука Трауна.

* * *

Всего в каком-то километре от крепости нашлось подходящее укрытие — небольшая пещера на крутом склоне утеса, защищенная от взглядов скалистым гребнем. Мара аккуратно завела корабль под скальный козырек, в самую глубь каверны.

— Вот и все, — она отключила репульсоры и тут же почувствовала, как наваливается накопившаяся усталость.

Зато теперь они были в безопасности.

Пока в безопасности.

Птенец Ветров, угнездившийся в заднем кресле, что-то чирикнул. На сей раз Мара почти поняла его, но у нее уже не было сил вслушиваться.

— Что он сказал? — спросила она.

— Он спрашивает, что мы будем делать теперь, — перевел Люк. — Весьма своевременный вопрос.