И Люк.

Странно, но какая-то частичка ее сознания нашла мгновение, чтобы удивиться этому непривычному ощущению. Они стояли спина к спине, так глубоко погрузившись в Силу, что думали и чувствовали буквально как единое существо. Она ощущала напряжение, с которым Люк отражал атаки своего часового, чувствовала, как он подпитывается Силой, как он отчаянно пытается придумать что-нибудь, что могло бы спасти их, и как глубоко он боится за женщину, которая прикрывает его спину.

С одной стороны, это казалось логическим продолжением эмоциональной связи, которая наладилась между ними за время путешествия. Но с другой стороны, это было нечто совершенно новое и неизведанное.

Эта новая связь между ними была так глубока, что Маре вдруг целиком и полностью стало известно, как устроен Люк Скайуокер. Теперь она знала о нем все: его надежды и страхи, его успехи и провалы, его силу и слабости, его величайшие восторги и самое потаенное горе. Она словно заглянула ему в самую душу, в самое сердце, в самую суть его существа.

И Мара знала, что сама она так же открыта ему и теперь ничего у нее за душой не осталось, никаких тайн от Скайуокера.

Но страха и протеста в ней это не вызывало как ни странно. Напротив, она ощущала какое-то воодушевление. Никогда прежде ей не случалось переживать столь тесное духовное единение, такое глубокое и полное взаимопонимание с другим человеком.

И никогда прежде она не понимала, как отчаянно ей не хватало такого взаимопонимания.

И это было, наверное, самое удивительное: впервые за столько лет осознать, сколько сил отнимало у нее создание непроницаемого барьера, защищающего, нет — отгораживающего ее от всего мира. Как обедняло ее упрямое стремление к независимому одиночеству, как нравственная отстраненность от происходящих событий глушила ее восприимчивость к Силе.

Удивительное открытие, особенно — в пылу неравной битвы. Оставалось только сожалеть, что она не понимала этого раньше.

Потому что сейчас подошла пора умирать.

Смерть все равно не заставит себя ждать — так или иначе. Мара чувствовала, как уходят силы, неутомимый дроид изматывал ее. Она знала, что не продержится дольше нескольких минут. Нужно действовать сейчас, пока еще есть надежда. Иначе Люк тоже погибнет.

Потому что, даже если — если! — ее план сработает и она устранит угрозу, исходящую от дроида, уничтожить оба бластера достаточно быстро, чтобы часовой не успел убить ее саму, было невозможно. Она мельком вспомнила Коррана Хорна и его способность впитывать энергию, а потом отдавать ее. Но это умение никогда не входило в число ее талантов, и сейчас явно не было времени учиться.