— Лучше объясни сам.

— Проект предусматривал создание особо секретной оперативной группы, — принялся пояснять Ворон. — Были отобраны несколько отлично подготовленных оперативных доноров. Их память стиралась, практически с нуля создавались новые люди, точные копии погибших в начале войны солдат.

— Но для чего такое понадобилось? Для чего ты рассказываешь мне все это именно сейчас?

— Я хочу, чтобы ты понял, — терпеливо проговорил Ворон, — понял, насколько далеко зашла вся эта ложь. Тебя бесцеремонно использовали, манипулировали твоим сознанием как хотели. Ты действительно погибший в сорок первом году Карел Валдек, но вместе с тем совершенно другой человек.

— Рита... — сразу же догадался майор.

— На самом деле ты никогда ее раньше не знал. Но та часть тебя, которая имела непосредственное отношение к этой женщине, заставляла рисковать жизнью ради ее спасения. Операция разрабатывалась очень тонкая. Спасти заключенную должен был близкий ей человек. Почему, я так и не смог до конца выяснить. Вот того парня временно и воскресили в тебе, частично вернув его с Иной Стороны. Сначала Риту хотели использовать, но потом испугались и решили уничтожить, уж слишком большую опасность несет она в себе с недавних пор.

— Я не понимаю, о чем ты, — пробормотал Карел, листая свое (чужое?) досье. — Ты имеешь в виду ее дар?

— И дар, и кое-что еще, — подтвердил Ворон. — Мне сложно будет тебе сейчас все объяснить.

— Значит, я донор, искусственно ставший оперативником, — усмехнулся майор. — Забавно. А ты случайно не знаешь, как зовут меня на самом деле? Кто я такой?

Оперативник в ответ пожал плечами:

— Вся информация тщательно уничтожена.

— Но зачем?

— Я бы тоже очень хотел выяснить.

— Чужое лицо, чужие воспоминания... — происходящее забавляло Карела. — Какие еще сумасбродные откровения ждут меня в самое ближайшее время? А может, я умер там, в изолированной ТИЭР-ванне, и все, что сейчас происходит, всего лишь затянувшаяся посмертная галлюцинация. С этой точки зрения весь происходящий бред вполне объясним. Ну как, я прав?

— Ты действительно бредишь... — Ворон презрительно сплюнул в сторону. — Хрен с тобой, не хочешь, не верь мне. Давай-ка лучше выбираться отсюда...

— Нет, погоди... — Майор засунул чужое досье в выдвинутый ящик. — К чему нужен был весь этот маскарад, о котором ты говоришь? Я бы все равно ее так или иначе спас. Приказали бы, и пошел в самое пекло. Зачем стирать память, беспокоить душу умершего человека, воротить всю эту околесицу? Зачем? Ради чего?

— Ну, я же уже сказал: НЕ ЗНАЮ. — Раздражение Ворона росло. — Не я разыгрывал эту карту...