— Гелка, — позвал я, — посмотри, будь добра, как там попутчица наша. А то волнуюсь я…

Девка кивнула и убежала. Виду не подала, что догадалась, зачем я ее отослал.

— Да что твоей остроухой сделается? — воскликнул Дирек. Гораздо громче, чем мне того хотелось бы. — Посидит одна, ей на пользу!

Столяр ойкнул и схватился за коленку. Похоже, Ойхон больше притворялся пьяным. Пнул помощника под столом.

Я завертел головой — не расслышали ли слова Дирека вооруженные мужики или кто из обслуги харчевни.

— Чего-нибудь еще, гости дорогие? — тут как тут оказалась Росава.

— Садись с нами, хозяйка. Пива выпей, — позвал Жучок.

Молодка засмущалась, заотнекивалась, но потом всё же присела на краешек лавки около меня. Пригубила кружку.

— Тяжело без мужика-то? — вел дальше Дирек.

— Дык… — Росава потупилась, стрельнула глазами на меня, на Сотника. — Знамо дело. Только обвыклась я уже.

— И помощнички у тебя не очень, как я погляжу. — К чему это столяр разговор завел? В харчевенники, что ли, набивается?

— Да старые совсем уже. Был когда-то и от дедки с бабкой прок, да вышел весь. А Бышек… Что Бышек?.. — Она в сердцах махнула рукой.

Тут меня осенило. А если предложить Росаве, чтоб Гелка пожила у нее чуток? Недолго. Пока мы не вернемся с острова на Озере. По моим прикидкам, до травника. Ну, самое долгое — до сенокоса.

— Хозяйка, поговорить с тобой можно? С глазу на глаз.

Дирек набычился и отвернулся. Что он себе вообразил такое?

Росава кивнула:

— Отчего ж не поговорить, господин хороший.

— Молчуном меня кличут, — напомнил я, поднимаясь из-за стола.

— Я помню, господин Молчун.

— Никакой я не господин. — Я невольно улыбнулся, вспомнив Этлена: «Не зови меня феанном, человек!» — Просто Молчун.