Хорошо, что я уже сидел, а то мог бы и упасть.

— Что?!

В горле сразу пересохло, но я героически сдержался и не закашлялся.

— Ну, палец отрезать какой-нибудь ненужный…

Кельнмиир явно не понимал, что меня так смутило.

Я очень медленно осмотрел обе свои руки. Хмм… каждый палец мне по-своему дорог, и расставаться ни с одним из них не хочется. Он что, японских фильмов пересмотрел?

— А другого способа нет?! Они у меня все нужные.

— Тебе лучше не знать. Поверь мне, он еще хуже.

Ну, в принципе, я вполне смогу обойтись и без его советов. Да и с Колдуном мне бояться нечего, он же наверняка круче всех «сверхов» из Агентства и свободных вампиров Вельмы вместе взятых.

— Я смотрю, ты решил пойти на попятную? — насмешливо поинтересовался вампир. — Испугался?

Черт. Зачем он меня провоцирует?

Это была не волна. Стена злости. Она просто загородила мой здравый смысл от окружающего мира.

— Мне самому палец отрезать? По какую фалангу?

— Просто засунь ненужный палец мне в пасть, остальное я сделаю сам, — заверил хитрец.

Я одним резким движением сунул мизинец левой руки ему в пасть.

Прежде чем злость отступила, вернув на место здравый смысл, он откусил мне… мой любимый и такой родной пальчик. Я понял это по характерному хрусту и тому, что вдруг перестал ощущать мизинец. И все. Никакой боли, шока, и даже крови.

— Я тебе его верну перед уходом, — заверила меня статуя. 

И что мне с ним делать?! В баночке с формалином что ли хранить на память?! Это еще хорошо, что я на гитаре никогда играть не умел…

— Гад, — тихо прошипел я, разглядывая левую руку. Без одного пальца она смотрелась как-то неестественно. Зато не было никакой крови и даже открытой раны, только аккуратный рубец. Мне почему-то вспомнились трехпалые черепашки-ниндзя из детских мультиков, и я тихо фыркнул. Не без доли грусти, конечно же.

— Хирург, блин, — зло сказал я. — Доволен? Получил свой сувенир на память? Теперь сможешь наладить свою связь, или потребуется еще что-нибудь мне отрезать?