– А может быть, она уже… там? – Калугин мотнул головой куда-то назад.

– Вряд ли. Наши… Ну, те, кто там, – Битов ткнул пальцем вверх, потом взял стакан, – полагают, что как только диски уйдут за рубеж, начнется война. Самая натуральная.

– А смысл?

– Ну, во-первых, война все спишет, а во-вторых, смысл прежний – отшвырнуть нас подальше, не дать России… Не дать ей думать! Пусть выживает, борется с чем-нибудь, с голодом, мором, разрухой… Но только не думает! Не изобретает! Не двигается вперед! Представляешь? Раньше боролись за что? За землю, девок отнять, рабов нагнать… Свободу, наконец, отобрать… А сейчас нам пытаются помешать думать. Сделать так, чтобы ни одна мысль, ни одно изобретение, ни одна идея не принадлежала… России. Сам понимаешь, пока человек, или там страна, борется за существование, не до науки… Уцелеть бы.

– Погодите, погодите. – Калугин затряс головой. – А смысл какой? В любом случае, второй этап он же… для всех, для всей цивилизации, как выход, как панацея.

– Да кому она нужна?! Панацея… Володя, запомни, самые опасные люди не маньяки, не убийцы. Самые опасные – это те, кто думает! Потому что они мешают просто хапать и жрать. А весь мир только этим и занимается.

– Так уж и весь?

– Весь! – Битов сделался агрессивен и сам понял это. – Ну или в общем… И целом. Не нужна им эта панацея. Им нефть нужна. И если ее можно производить, а не добывать, тем лучше. Тут в дело вмешивается его величество Капитал.

Он замолчал, потом вдруг увидел стакан в своей руке.

– За компанию, говоришь? – улыбнулся шеф. – Такая вот неполиткорректность получается. Немодная в свое время идея избранничества… Народ-богоносец и все такое. Нервный я стал, Володя, истрепал себе нервишки. Извини.

– Да что там… – Калугин хотел было сказать еще что-то, но тут запиликал телефон. – Извините…

Он поднес к уху завиток гарнитуры.

– Владимир Дмитриевич. – Голос Иванова был взволнован. – Мы нашли тут… Нашли этих ребят. Совпадение на девяносто процентов. Художники уже водку пьют, премию пропивают…

– Какую премию? – не понял Калугин.

– Будущую! – ответил Иванов. – Нашли мы по их рисункам тех двух ребят, которые с Лаптевым и этим… Столяровым! Нашли. Сейчас я вам данные направлю, на принтер сразу…

– Направляй в кабинет Битова, – сказал Калугин. – Я сейчас тут…

– Только это не все! – Калугину показалось, что Иванов подпрыгивает у телефона. Как ребенок от радости. – Машину Лаптева помните?

– Ну…

– В трех кварталах от квартиры, где живет бывшая жена одного из них, Афанасьева Григория.

– Поднимай всех!