«А что это там был за дылда во главе строя?»

«Курсант Сэм Андерсон!» – доложил начальник училища.

«На девушку похож, – заметил Командующий. – Ресницы, щёки, губы. Он их не красит? Может, он гей?»

«Не замечен», – немного подумав, отвечал начальник училища.

«Геи, они скрытные, – покивал Командующий. – Отправьте его в резерв. Нам на флоте геи не нужны».

В те времена в США как раз развернулась дискуссия на тему, можно ли официально разрешить гомосексуалистам служить в действующих войсках. Командующий авиацией Атлантического флота был из наиболее ярых противников этой идеи и исповедовал принцип, сформулированный генералом армии и героем «Бури в пустыне» Норманом Шварцкопфом: «Когда солдат идёт в бой, он должен быть спокоен за свой тыл». Начальник училища не посмел ослушаться.

Так, волею несчастливой звезды, под которой довелось родиться Сэму Андерсону со своей «девичьей» внешностью, он навечно был сослан в резерв, где ему и предстояло прозябать до отставки.

Хотя Сэм и не знал подлинной причины столь презрительного отношения к нему со стороны командования флотом, он чувствовал, что эта экспедиция – его единственный и, скорее всего, последний шанс хоть как-то вырваться за пределы порочного круга. Нужно было совершить нечто такое, после чего о нём заговорят все, и тогда, может быть, старшие офицеры пересмотрят свою позицию и дадут ему возможность стать кем-то большим, чем он есть сейчас.

Однако для того, чтобы «совершить нечто», требуется экстремальная ситуация, а контр-адмирал Эллисон явно был настроен на то, чтобы подобные ситуации гасить в зародыше. Лейтенант Андерсон уже начал терять надежду, когда поступил этот приказ – следовать курсом «юго-восток» на перехват русского «хеликса».

Сэм сразу понял, что дело пахнет жареным. Он уже слышал о том, что специальная группа высадилась на берег и, вроде бы, что-то там обнаружила. Увязать одно с другим не составило особого труда. Если русские послали транспортный вертолёт, значит, они хотят помешать специальной группе. И, значит, русских необходимо остановить.

Когда Андерсон поменял курс своего «хорнета», сердце его учащённо забилось, а руки, затянутые в перчатки, чуть тряслись от возбуждения. Это был не просто шанс – это был Шанс с большой буквы.

Пользуясь наводкой с «хоукая», Сэм легко отыскал вертолёт противника. Снизил скорость до предела и, как приказывал командир боевого информационного центра, прошёл на небольшом удалении от «хеликса», чтобы воздушная волна как следует встряхнула его. Русские, конечно же, заметили его, но не отвернули, продолжая лететь на прежней высоте и скорости.