— Прошу извинить, сержант, но мне необходимо срочно связаться с федеральным агентом Дональдом О'Рейли.

Хайдер вопросительно скосил глаза за спину.

— Не беспокойтесь, он среагирует только на агрессивные действия.

— Хотелось бы, чтоб это было правдой, парень, — пробурчал Хайдер, включая рацию, — 512-й вызывает «Яблоко».

Через несколько мгновений рация ожила.

— В чем дело, 512-й? Вы что, забыли приказ?!

— Приказ, приказ, — ворчливо заговорил Хайдер, — сержант Хайдер говорит. У меня проблема!

— Вы с ума сошли, — ахнула рация голосом лейтенанта Раевски. Приказ предписывал полное радиомолчание, и уж тем более под страхом самых жесточайших взысканий запрещалось называть звания и фамилии должностных лиц.

Но этот Раевски, законник конченый, за прошедшую неделю успел так надоесть Хайдеру, что Том был рад возможности хоть немного насолить ему, нарушив его строжайшее указание.

— Лейтенант, вы помните ориентировку о трех ребятах с дрессированными зверюшками?

— 512-й! — ледяным тоном засипела рация. — О вашем нарушении приказа я немедленно донесу рапортом…

— Да пошли вы со своим рапортом! — взорвался Хайдер. — Один из этих парней стоит сейчас у моей машины и требует, чтобы его соединили с федеральным агентом О'Рейли.

Рация немного помолчала, переваривая информацию.

— Везите его сюда.

Хайдер вопросительно посмотрел на незнакомца, но тот отрицательно покачал головой.

— Он не хочет, лейтенант.

— Что значит не хочет?! — захлебывалась рация. — Вы полицейские или шлюхи из ночного клуба?!

— Послушайте, Раевски, вы помните, в одной из ориентировок сообщалось о зверюге, который запрыгнул в окно микроавтобуса и загрыз четырех киллеров из группы Макса?

Рация возмущенно булькнула и недовольно спросила:

— Ну?