Раненного Спрута его товарищ – последний, кто уцелел из охраны близнецов, – подтащил к стене, уперев спиной. Тем временем Мэд, ухмыляясь и поигрывая мечами, неторопливо наступал на затравленно ворчащего Льва, а рядом отражением крался Фил, подпиравший брата всегда и во всем. Но в последний миг Мэд вдруг убрал кровавые клинки и спокойно расселся напротив Лота. А за его спиной так же миролюбиво застыл Фил.

– Вот и проиграл ты, доблестный Лот, – сказал Мэд, улыбаясь теперь почти дружески. – А ведь я предупреждал!.. Да разве можно так опрометчиво выбирать хозяина? Променять стольких великих на это ничтожество, этого…

С трудом Лев вскинул тяжелую голову, усмехнулся презрительно.

– Не тужься, мой принц, – пробормотал он чуть слышно. – Может, я проиграл, но и тебе не победить.

Лицо Мэда перекосилось. Однако в следующий миг он подавил злость.

– Разве ты не понял? – спросил он. – У Уна больше нет силы – все перевернулось!

– Зато я тот же, – возразил Лот. – Можно менять хозяев, но с чего ты решил, будто я стану им изменять?

– Не дурак же ты? Смотри!

Почти наугад Мэд ткнул пальцем в клавиши, и на просторном экране возник охранный зал, ревущий в сотни глоток, кишащий множеством латников. К этому времени стальная волна Крогов уже докатилась сюда, захлестнув безоружных телохранителей, поджидавших своих вождей, и притиснула уцелевших имперцев к дальней стене. Последних, впрочем, сохранилось куда больше, чем можно было надеяться при такой сумятице, – спасибо загорским ведьмам, сделавшим преимущество наступавших подавляющим.

Неизвестно, что ожидал увидеть Мэд, однако вскричал он с торжеством:

– Ну, теперь ты понял, верный слуга Лот!

– Кроги взбунтовались, – пожал плечами Лев. – И что?

– А то, что это лишь начало! – вскипая, рявкнул Мэд. – Сейчас я сниму Защиту, распахну входы, и Дворец затопят войска, преданные одному мне, непобедимые и ужасные рыцари ночи, – и горе тем, кто опоздает покориться! – Мэд захохотал отрывисто и злорадно. – Ты бессилен, раб! – крикнул он и железной ладонью ткнул Лота в лицо.

Лев грузно обвалился на спину, захрипел, пытаясь подняться. Наконец он сумел взгромоздиться в кресло и усмехнулся в полыхающие безумием глаза Спрута:

– Тебе не совладать с этим пультом, мой юный и вечный принц. Сколько тебя помню, ты всегда мечтал пробиться в императоры. Но выучиться сумел только драке, верно?

– Справлюсь, – кривя губы, бросил Мэд. – А пока сделаю вот что.

Медленно, словно его направляла чужая воля, он утопил пальцем новую клавишу, удовлетворенно хмыкнул.

– Знаешь, что ты сделал? – насмешливо спросил Лот. – Сейчас со дна Нижней Реки сюда поднимется ведро ледяной воды – только ведро, ничего больше. И то – после контрольного осмотра. Тебе вздумалось освежиться?