Он заметил вспышку и упал на колено прежде, чем Дельта Один успел посоветовать ему ложиться, и нажал на курок АПОТ-ружья, не дожидаясь, пока эта чертова штуковина укажет ему цель. Соратник сначала должен сравнить данные стрелявшего с хранящимися в его памяти и принять решение, является ли цель врагом.

Инглиш же не собирался всего этого делать. Он должен был стрелять в каждого, кто стреляет в него — и, скрипнув зубами, он выстрелил парализующим зарядом. Чертов мир опять провалился куда-то; небо в прицеле ружья полыхнуло предрассветной синью, а вместо бетонного здания глазам предстал мирный пейзаж с кустарником на переднем плане и порхающими птичками. Ни тебе огня, ни разрушенных стен — сплошная идиллия.

Но Инглиш упорно нажимал на спусковой курок, зная, что враг находится перед ним.

Когда же он наконец отпустил курок, то мгновенно вернулся в мир, который он знал, как свою реальность, и тут же хлопнул по регулятору контроля микроклимата костюма, чтобы пот, стекающий по лбу не заливал глаза.

Прямо перед ним, там, куда он только что целился, красовалась бесформенная горка, не то оплавленная, не то, наоборот, замерзшая. От нее поднималось маленькое, грибовидное облачко дыма.

— Черт, я же точно установил на парализатор, — пробормотал он.

— Вы, может быть, и установили, — произнес голос Сойера. — Но я стрелял в ту же мишень. Жаль.

— Пусть жалеет начальство. — Кучка была слишком мала, чтобы терять на нее время.

— Кроме того, если мне позволено будет заметить, сэр, — произнес Сойер, вскидывая свое АПОТ-ружье на плечо и вытаскивая плазменное орудие, — мы не должны одновременно стрелять из этих ружей на таком близком расстоянии друг от друга.

— Если честно, то я сам об этом думал. Хотя, может быть, этот парализующий режим, как и все остальное, не функционирует. Ладно, к черту! Пленных пусть берет кто-нибудь другой. — И он указал на крышу, на которой находился Грант. — Пора нам позаботиться о разрешении другой проблемы.

И Сойер побежал за ним. Они, насколько могли, старались уклоняться от перестрелок и бежали, перепрыгивая через тела, частью замороженные, частью обугленные, потом перемахнули через что-то, отдаленно напоминавшее останки Беты. Если, конечно, можно назвать останками пару кусочков перекрученных металлических частей амуниции и половинку сканера.

Когда он и достигли перекрестка, за которым показалась взорванная дверь в административное здание, Инглиш вдруг понял, что шум в его наушниках чуть ослабел.

Кроме того, переключив шлем на обычное зрение, он заметил, что вспышек стало меньше — собственно говоря, их уже почти не было. А небо выглядело так, как ему и полагалось выглядеть — занимался грязно-серый дымный рассвет.