По сигналу Инглиша Сойер провел еще одну проверку личного состава и уточнение боевой обстановки.

Они с Сойером бежали по пустой улице к двери в административное здание, и в них никто не стрелял. Переключив канал, Инглиш подсчитал результаты переклички. Альфа захватила семерых неприятелей в форме, не оказавших особого сопротивления. Бета молчала и была недосягаема. Гамма соединилась с Бонавентурцами и в данный момент прочесывала здания. Подразделение Эпсилон захватило одну из кораблестроительных верфей и заверяло, что находящиеся там корабли совершенно новенькие и вовсе не нуждаются в ремонте.

— Не прочесывайте местность сами, — приказал им Инглиш. — Подождите подкрепления. — Они с Сойером добрались до конца списка и направили две оставшиеся тройки на помощь Эпсилону.

Остальные боевые единицы, раскиданные по всей базе, отделались легкими ранениями, но были злы, как черти, и все как один жаловались на то, что ружья в парализующем режиме убивают врага.

Это донесение, пришедшее, когда командиры, достигнув взорванной двери, начали подниматься по наружной лестнице, не удивило Инглиша.

— «Красная Лошадь», пленных доставьте в Административное здание 23А. Остальные займитесь прочесыванием местности. — В ответ раздались тяжкие вздохи и недовольные возгласы.

Но то, что последовало за этим, удивило не только Инглиша, но и Сойера.

Неожиданно над их головами выросла тень. Огромная, угрожающая, угольно-черная тень на фоне светлеющего неба. Оба десантника скорчились на металлической лестнице. С воздуха они представляли великолепную мишень. До благополучного завершения этого дела оставалось совсем немного, и Инглиш был просто в отчаянии. Кто-то позволил этому халианскому кораблю взлететь. Как такое, вообще, могло случиться? Они же должны были заметить его. Неужели система Соратника настолько бездарна, что заблокировала дисплеи и не позволила заметить, как стартует столь огромная штука, как космический корабль?

Хотя, если вспомнить все эти таинственные явления; все эти моменты, когда Инглиш видел, слышал и чувствовал вещи, не имеющие ничего общего с реальностью…

— Матерь Божья, да это же «Хейг»! — воскликнул Сойер, сам не веря своим глазам.

Инглиш чуть не свалился с лестницы. Он поднял щиток дисплея. Он больше не верил дисплею. Но то, что он увидел, и в самом деле весьма походило на корпус «Хейга». Инглиш вгляделся в опознавательные знаки — все правильно. Это его не слишком обрадовало, теперь он не мог сделать на крыше то, что собирался — висевший над головой «Хейг» непрерывно регистрировал все, что происходило внизу.