– Что из этого следует? Получается, что пожиратели пространства – твои старые знакомые из СС, и мы должны разобраться именно с ними. Ты на чьей стороне, если придется столкнуться?

– Эти раздавят и не поморщатся, тем более что они – самые засекреченные и надменные эсэсовцы во всем рейхе! При их помешательстве на тайнах никому из нас не жить, если мы их не уничтожим. А я хочу домой, к родителям, жене и сыну. Как думаешь, капитан, на чьей я стороне?

* * *

– Виктор, а они не могут нас слышать?

– Нет, радиостанция работает только на прием.

– Осталось две минуты.

– Да, если они не изменят интервал выхода в эфир.

Танк пылил по сухой холмистой степи в направлении синеватой горы, едва видной за горизонтом. Ковалев утвердил специальный порядок движения: сначала по крутой дуге вправо, делая шансы пересечься с эсэсовцами минимальными, а затем – строго по стрелкам жетонов и с максимальной скоростью. После того как они прошли с десяток километров по дуге, Иван выровнял курс по стрелке.

– Один вызывает Тора, Один вызывает Тора. – Голос человека звучал глухо. Ковалев попросил прибавить звук.

– Тор на связи, – мужской голос был более молодым и почему-то звучал громче.

– Маги утверждают, что ощущают вражеских солдат.

– И много, господин Вюст?

– Тор, я просил пользоваться позывными.

– Простите, Один.

– Не более пяти человек, маги ощущают их иногда хорошо, иногда смутно, как будто они прячутся в железный сундук или что-то вроде этого.

– Странная информация, господин Один, очень странная. Конечно, мы отслеживали на Памире активность агентов НКВД, но они вряд ли так продвинулись, чтобы следить за нами даже здесь. Оголтелый атеизм играет нам на руку. Красные шпионы следили за нами и убеждали своего хозяина, что мы играем в игрушки. Вряд ли они сумели бы найти таких же сильных магов, чтобы последовать за нами сюда, даже если бы посмели признать, что это возможно. Кроме того, они не смогли бы договориться с оккультистами.

– Отчего нет? В лубянских подвалах есть удивительные мастера договариваться, причем на весьма выгодных для хозяина условиях. Все, Тор, следующий сеанс – по схеме. Конец связи.

Раздался сухой смешок, и эфир опустел.

Было жарко. Александр снял шлемофон и прижал его ларингофоном к горлу: «Ваня, стоп!»

Совещание на открытом воздухе было коротким.