Не теряя времени, полицейский пробежал до ближайшей спусковой площадки и локтем втопил кнопку активации. Мерно гудя, площадка поехала вниз.

По всему ангару забегали люди, зазвучали крики. Из комнат охраны начали выдвигаться солдаты, выискивая причину тревоги. Вскоре они увидели человека, бегущего к одному из «Люфтаров» с двумя автоматами наперевес, и открыли огонь. Даско нырнул на пол и прокатился несколько метров, затем поднялся и, петляя между разного рода аппаратурой и коммуникациями, в конце концов добежал до истребителя.

Дверь внутрь была открыта. Полицейский молнией влетел в шлюз и сразу же направился в кабину. Бросив оружие, он плюхнулся в кресло пилота, надел мнемодатчики и набрал на клавиатуре команду на старт. Аппаратура доносила до него снаружи сухие щелчки и свист рикошетирующих от корпуса пуль, не способных причинить вреда машине. Упоры, держащие истребитель, отодвинулись в пол, и «Люфтар» плавно поднялся на антигравитационном приводе. Впереди открылся проход в разгоночную шахту, ярко освещенный на протяжении всех пятидесяти метров.

Истребитель с визгом стартовал, после чего шлюз в ангар намертво закрылся. Ведущие же в космос сворки мгновенно раскрылись, и машина покинула флагман, точно пробка вылетев из шахты в облаке превратившегося в ледяные капельки воздуха.

Даско набрал максимальную скорость и устремился вслед недавно покинувшей армаду процессии, везущей Кейси на Офелию. Примерно помня координаты Керинга, полицейский набрал их и стал ждать, пока автопилот доставит его к месту назначения.

ЭПИЗОД 56

ЭПИЗОД 56

Эсминец «Святой Константин».

Траектория скольжения.

Арестованных поместили не в карцер или тюремный блок корабля, а в обычную каюту. И не разделили, что предполагала Тина. Эсминец «Святой Константин» скользил в субпространстве, среди полного отсутствия чего-либо существующего, в неизвестном направлении. Наверное, «бунтарей» доставят на Ио — главную тюрьму Солнечной системы, самую большую у Человечества. Хотя люди за минувшие века настроили столько тюрем, больших и маленьких, что однозначно говорить, в какую из них угодишь, — дело бесполезное. Всё равно не угадаешь.

Их лишили формы. Вместо удобных и прочных кителей выдали широкие хлопковые штаны цвета кофе с молоком и такую же рубаху, к слову сказать, ещё удобнее. Плюс к этому добавили безразмерные бутсы из коричневого кожзаменителя. Плотниковой, правда, разрешили оставить нижнее бельё. Что ни говори, а теперь они походили на настоящих заключенных исправительно-трудовой колонии; не хватает только большого номера на спине и маленького — на груди.