Рано утром четыре истребителя опустились на пустырь возле деревни. Мы с Надеждой возглавляли экспедицию, Подорожник остался на базе следить за порядком. Еще двумя машинами управляли погонщики, которых порекомендовал нам Подорожник. Одного звали Беспалый, он как раз и был выходцем из этой деревни. Второго, по имени Собачий След, я мало знал. Я предпочел бы взять вместо него Медвежатника, но тот хуже справлялся с машиной.

Смотреть на нас собрались все жители деревни, приковыляли даже немощные старики. Никто, однако, не подошел к нам ближе, чем на тридцать-сорок шагов. Глядя на истребители, люди принимали их за укрощенных посланников Прорвы и ждали подвоха.

Чтобы разрядить напряжение, я вылез из кабины и начал не спеша протирать стекло тряпкой, насвистывая какой-то веселый мотив.

Беспалый пошел убедиться, что договоренности остаются в силе. Так и было. Старосте с немалым трудом, но удалось отобрать два десятка человек, которые не побоялись выходить в поля под нашим прикрытием. Я подумал, что не стоило из-за такой малости поднимать четыре машины, мы рассчитывали, что желающих будет больше.

Надежда выбралась из своего истребителя, подошла ко мне.

— Они нас боятся, — заметила она.

— Главное, чтоб мы их не боялись.

— Ты боишься?

— Да, и знаешь чего? Что они нас так и не поймут. Посмотри в глаза этим людям — такое чувство, будто мы пришли их поработить. Пока их не накроют аэроиды, они не поверят, что мы действительно можем их защитить.

— Пожалуй, ты прав...

К нам направился Беспалый. Собачий След, которому надоело скучать в кабине, тоже подошел.

— Они согласны, — сообщил наш парламентер. — Не все, правда, поняли, чего мы хотим...

— Лучше надо было объяснять, — сказал я. — Возможно, они просто боятся нам отказать.

— Еще будет возможность объяснить, — произнесла Надежда.

Мне вдруг представилось, что я — агитатор, приехавший на село обустраивать Советскую власть. Ситуация очень похожа. Как бы не схлопотать в спину пулю из обреза...

— Ну, значит, можно начинать, — продолжал погонщик. — Им надо отправить телегу с навозом на огородик — тут недалеко. Остальные пойдут собирать кукурузу на поле.

«Боевая машина будет сопровождать телегу с навозом, — подумал я. — Нарочно не придумаешь...»

— Навоз так навоз, — произнес я вслух. — По коням.

Телегу доставили без приключений. Стерег ее я сам. Просто кружил в воздухе, пока повозка тащилась по дороге. Оценив эту картину взглядом стороннего наблюдателя, я подумал, что нашу затею и в самом деле трудно понять простому земледельцу. Когда удобрения были разбросаны по небольшому огородику у подножия холма, я присоединился к своим, патрулировавшим небо над кукурузным полем.