Корабли-мечи были жизненно необходимы для планетарной кампании: они единственные могли выдержать ад атмосферного трения, бороться с естественной силой тяжести и уходить от базирующейся на земле защитной системы, бить по выбранным отдельным целям, и затем очень быстро уходить, чтобы никакие приборы их не зафиксировали. Тяжеловооруженные корабли использовались для обстрела космических станций, блокад, редких, но смертельных сражений вне систем. Но если соединению требовалось довести приземлившегося противника сдаться, то все зависело от кораблей-мечей.

Херека беспокоило, что клэйанская кампания может возобновиться — его бортовой журнал на это четко указывал, — но он решил рискнуть. Его корабли-мечи не получили критических повреждений. Клейанскую атаку скоординировали с усилиями двух других соединений, чтобы к моменту удара браксинцев приковать внимание Азеи к другому объекту. Если откладывать атаку, Херек утратит это преимущество.

Он удостоверился, что боевая мощь его соединения позволяет уничтожить планету — он перепроверил это десять раз — и сотнями отправлял разведчиков в близлежащую Пустоту в поисках следов корабля. Ничего. Сообщения из Лирелланской системы свидетельствовали, что флот Азеи находится там, и Херек знал, что командующие соединениями Реджик и Камур не дадут азеанцам сидеть без дела. Все было организовано. Теперь оставалась только сама Клэй….

И — провал. Азеанцы ждали их, пять кораблей-баз и орда истребителей. Ждали, чтобы наброситься на ослабленную «Сентиру». Меньшее количество кораблей не нанесло бы поражения Хереку, и даже эти пять не смогли бы ничего, если бы не знали, с пугающей точностью, скорость и угол приближения соединения. К началу боя он уже, можно сказать, закончился, первый из многочисленных кошмаров, предвестник будущих жентов… и начало конца величайшего из командиров Холдинга.

Так откуда, именем Ар, Азеа получала информацию?!

Затар убрал с дисплея звездную карту и вызвал общую картину последнего сражения Сезала. Анализ Первого Меча был одновременно тщательным и пугающим. Сезал снял с корабля противника все, что не являлось жизненно необходимым, но все равно не мог объяснить так взволновавшие всех возможности врага. И его также не удовлетворял результат. Для уменьшения базовой массы до абсолютного минимума он снял и запасное спасательное оборудование для вынужденной посадки, и небольшой запас провианта. Выживание пилота часто зависело от возможности приземлиться на планете и ждать помощи. Отказ Азеи от необходимого оборудования казался маловероятным. Но, с другой стороны, все в отношении этого истребителя казалось таким.