2

2

Оконное стекло запотело. Павел водил по нему пальцем, чертил круги.

Круги плакали. Стекло скрипело.

– Завтра вылет, – в который уже раз прогнусавил Ухо.

– Да слышали уже, – раздраженно откликнулся Рыжий.

Добрую половину дня они просидели в казарме. Их никто не трогал – у командования сейчас хватало своих забот. Только несколько раз заходил проверяющий офицер, интересовался, все ли солдаты на месте, смотрел, нет ли пьяных или обкуренных. Напоминал о том, что Форпост переведен на боевое положение. Советовал заняться делом.

Но все дела были переделаны.

– Хота с собой возьмешь? – спросил Павел у Гнутого.

– Оставлю здесь. Док хотел его забрать к себе. Обещал присмотреть, пока меня не будет.

– Так он, вроде бы, ругался раньше.

– Сейчас нет… Это он так – порядка ради… А потом – он же его к себе домой заберет, в больнице не оставит. Все равно один живет – а так ему повеселей будет.

Хлопнула дверь – из четвертой роты вернулся Некко. Снял фуражку, встряхнул ее, обрызгав пол и стену, сразу же накинулся на Шайтана:

– Чего разлегся? Делом займись!

– Каким?

– Снаряжение проверяй!

– Проверил уже.

– Еще раз!

– Уже три раза проверил.

– Проверь четвертый! Нечего валяться!