Дверь за собой они заперли. И, похоже, это задержало преследователей. Надолго ли? Вряд ли…

Вход на двенадцатый этаж был закрыт такой же дверью. Но теперь сержант Хэллер знал, как нужно действовать. Убедившись, что Некко бесполезен, а Павел и Майк сразу отпереть замок не могут, сержант отправил нескольких бойцов в офисы. И они вскоре вернулись, толкая перед собой нескольких человек в серых костюмах.

– Открывайте, – угрюмо сказал сержант Хэллер, подозревая, что перед ним стоят не совсем люди.

– Мы не имеем права пускать туда посторонних, – неуверенно возразил один из пленников, глядя на связанного Некко, лицо которого было залито кровью.

– Либо вы отопрете дверь, либо я высажу ее вашей башкой, – сержант Хэллер умел ставить людей перед выбором.

– Хорошо, мы откроем. Одну минуту.

– Жду десять секунд!

Чтоб отпереть замок потребовалось пять.

– Вы ведь шишки, не так ли? – спросил сержант у заложников.

– В некотором роде, да.

– Это вы заведуете инопланетными базами?

Люди в сером переглянулись. Посмотрели на работающую камеру. На дула штурмовых винтовок. На лица солдат.

– Что вы имеете в виду?

– Вы знаете о чем я!

Они осторожничали.

– А что изменится, если вы будете знать правду?

– Кажется, мы уже знаем правду, – сержант мотнул головой. – Свяжите их! У нас еще будет время поболтать.

– Вам не выйти отсюда, – сказал один из пленников. – Кто бы вы ни были.

– Увидим, – сержант Хэллер коротко пнул разговорившегося заложника в голень…

На двенадцатом этаже не работали, а жили – это было ясно с первого взгляда. Здесь все было отделано натуральным деревом. Резные двери вели в комнаты, а не в офисы. В просторном холле стояла антикварная мебель: шкафы с книгами, кресла, обтянутые алым плюшем, огромный письменный стол, заваленный бумагами, с декоративной чернильницей и папье-маше. Камин, казалось, еще не успел остыть. На стенах висели пейзажи, скорей всего, подлинники известных мастеров.