— Ладно, — сказала она, снова отступив. Вдвоем они смотрели, как эти хрупкие на вид существа проворно взбираются на край широкого плоского таза, в котором покоились короткие ножки генератора. Один за другим они падали в соленую воду, дергались несколько раз и затихали.

— Это и впрямь круто, — высказалась Эвлин.

— И эффективно к тому же, — рассеянно согласился Джинзлер, продолжая прислушиваться к обрывкам разговора, доносившимся с военного совета Формби. Драск и Талшиб обсуждали сейчас возможные варианты, а Мара, Формби и Фиса время от времени вставляли замечания или предложения. Что до Скайуокера, то он, все еще погруженный в джедайский транс, находился по другую сторону коридора, в операционной, где его заканчивали латать.

Увы, но ни один из обсуждаемых вариантов не выглядел особенно обнадеживающим — по крайней мере, с точки зрения Джинзлера. Дополнительные генераторы, одолженные у «Дальнего полета», вероятно, ускорят очистку «Посланника Чаф» от паразитов, но даже при лучшем раскладе этот процесс продлится не меньше трех дней. И если у вагаари не случится в пути серьезных поломок, то у похищенного ими дредноута будет слишком большая фора, чтобы «Посланник Чаф» смог его догнать прежде, чем тот доберется до командной станции Браск Ото и покинет звездное скопление.

— Вы скоро улетите, да?

Джинзлер вновь сосредоточился на Эвлин.

— Мы все улетим, — ответил он. — Ты, твоя мать… все мы.

— Я имею в виду, как только Синие… то есть чиссы починят свой корабль, вы, Мара и Люк улетите.

— Но мы вернемся, — пообещал Джинзлер. — Или, по крайней мере, прилетят транспортные корабли чиссов. И доставят вас в любое место, которые вы выберете.

Девочка покачала головой.

— Это ничего не изменит, — тихо сказала она. — Куда бы мы ни отправились, Улиар найдет там что-нибудь вроде Третьего, чтобы меня туда упрятать.

— Они не станут так поступать, — возразил Джинзлер. — Наверняка же они извлекли урок из всего этого. Если бы не ты, могло погибнуть гораздо больше людей.

— Это ничего не изменит, — повторила Эвлин. — Для них — ничего. — Она вздохнула. — Уж лучше вы б вовсе не прилетали. Если бы вы не…

Она замолчала.

— Если бы мы не — что? — спросил Джинзлер. — Ты продолжала бы жить, обманывая?

— Я могла бы притворяться, — сказала девочка. — Множество людей притворяются. — Она посмотрела ему прямо в глаза. — Даже вы.

— Это другое, — возразил он сконфуженно. — Если бы я не сказал чиссам, что я посол, они не взяли бы меня с собой.

— Но теперь же вы здесь, — напомнила девочка. — Вы давно могли бы перестать притворяться.