– А если нет? – Пьер, размахнувшись, отправил в руки коллеги свою тяжелую ношу.

– А если да? – Николай ловко перехватил металлический ящик, по края упрятанный в солдатский вещмешок. Не желая снова возвращаться к закрытой теме, он предложил: – Давай лучше посмотрим, как обстоят дела у наших ученых умов?

Когда чистилище шлюзовой камеры осталось позади, Николай с удивлением отметил, что обитателей медико-биологического модуля в несколько раз больше, чем необходимо для плодотворной работы. Помимо Дэи, Фалека, Дадека и двух эктонских техников здесь оказались Лафорт, Риньон, Манзони и, конечно же, Легардер. Нетерпение согнало их сюда как мух на мед.

– Совещание продолжается? – козырнув, пошутил Николай.

– Продолжается-продолжается, – подтвердил Лафорт. – Лейтенант, вы принесли детектор?

– Так точно, – Строгов поставил на стол контейнер. – Только что демонтировали с 55-й машины.

– Прекрасно. – Капитан пододвинул прибор к Фалеку: – Наконец-то вы можете завершить сборку.

– Думаю, быстро работу мы эту закончим.

– Можете не волноваться по поводу детектора, – Фельтон без приглашения присоединился к техникам. – Он уже не понадобится 55-му. Мы приступили к полной разборке машины Кадиса. После атаки вируса она мало чем отличается от старой кофемолки. Грохоту много, а толку никакого.

Эта новость никого не удивила и тут же отлетела в прошлое, уступив место куда более занимательному предмету. Внимание всех присутствующих было приковано к аппарату, который ловкие лапы эктонов готовили для расправы над черной звездой. Это исчадие ада угрожающе поблескивало под двойным бронестеклом изолирующего контейнера.

– Не пойму, как вы смогли его убить? – механический голос остро резанул слух Николая. – Морунги необычайно хитры и изобретательны. Мы оказались абсолютно беззащитными перед их нашествием.

Еще бы! Лейтенант скептически посмотрел на харририанина. Замурованный в регенерирующий комбинезон, с дыхательным шлангом, весь облепленный биоволновыми датчиками, абориген менее чем когда-либо походил на бойца. Он недвижимо восседал рядом с главным слитом, намертво сросшись с ним толстенным жгутом разноцветных проводов.

«Такая судьба ждет каждого, кто в свое время не учил иностранные языки, – подумал Строгов. – Хотя вряд ли Дадек преуспеет в этом деле. Имплантация французского скорее доконает его, чем сделает более или менее сносным собеседником. И дело здесь даже не в речевых выкрутасах или произношении. Просто психология харририан не готова к восприятию жесткой лаконичной информации. Их язык – не что иное, как коктейль из метафор, намеков и эмоций, никуда не годных в обычном человеческом общении. Недаром, понимая это, Фалек предложил приспособить для перевода компьютер!»