И этой необычной фразой министр, сам того не ведая, запустил иной вариант развития событий.

8

8

Ожидание становилось невыносимым.

Роман стукнул кулаком в переборку каюты.

Ответом была тишина.

Он прислушался к звукам, долетавшим из коридора, понял, что Афанасий вместе со своей группой встречает важных гостей. С обидой подумал: а меня не предупредил, чекист хренов!

В виске токнула жилочка.

Он «впустил» в голову тонкий голосок:

«Рома, беда! Фурсенюк взял под локоть нашего Афоню и повёл его куда-то на нижнюю палубу. Афоня на вызовы не реагирует!»

Мгновенно сжались мышцы живота, активируя солнечное сплетение, по жилам побежали вихрики энергии: Роман привёл себя в боевое состояние, используя советы наставников: Вохи-интуитивщика и Геннадия Евгеньевича, специалиста по форсированному альфа-гипнозу.

«Без паники, шаман! Может быть, это единственно правильный шанс взять Кочевника и включить программу. Афоню он не знает…»

«Наверняка уже знает».

«Ничего не предпринимайте, следите за событиями. Я попытаюсь изменить положение».

Роман стряхнул с кистей капли прозрачного розоватого свечения — как капли воды, хотя на самом деле это были эфирные заряды, рождённые избытком внутренней энергии, накрыл весь объём корабля паутиной воспринимающих излучения и поля эфирных «рецепторов». Афоню он обнаружил в коридоре, ведущем в носовое отделение судна. Хотел с ходу задать ему вопрос: ты зачем туда полез? — но не смог. Мозг Афанасия был накрыт чёрной сеткой чужого «засоса», и управлял сейчас полковником министр Фурсенюк. То есть — Кочевник.

По-видимому, он почуял «эфирное дыхание» Волкова, потому что к сознанию Романа потянулась невидимая призрачная рука — раппорт Поводыря. Но он не стал отражать мощный пси-удар Кочевника, просто «увернулся» — перешёл на другую частоту восприятия полей и вломился в голову Афанасия копьём света, сжигающего чёрную сетку гипнотического приказа.

Вьюгин очнулся.

«Веди его сюда, ко мне! — рявкнул Роман в диапазоне, который был ему до этого неподвластен. — Наплети с три короба чепухи, что твоё подразделение готово выполнить любое распоряжение Министерства образования, что самого министра ждёт сюрприз, и ни на что не реагируй! Понял?»

К чести Афанасия, он сразу разобрался в ситуации, а поскольку волевой раппорт Кочевника перестал действовать на его психику, полковник переспрашивать: кто говорит? — не стал. Он повёл себя как задавленный чужим «авторитетом» человек. Повернул голову к Фурсенюку, шагавшему рядом, сказал тупо:

— Мы работаем под прикрытием.