Первый помощник верховного жреца сладко нашептывал на ухо:

— Мы настигнем его в темноте. Мрак сожрет его червивое тело.

Назревал бунт, и Омту сдался.

— Хорошо. Пусть он умрет. Только дайте ему увидеть солнечный свет. Я не могу нарушить своей клятвы — он должен умереть лишь на земле. Идите и исполните волю Бога! Но помните, только на земле!

* * *

Факел начинал чадить. Лабиринт петлял, то вел вверх, то заставлял спускаться вниз.

— Ты не сбился с пути? — спросил Гиптий проводника. Тот, устав, видимо, повторять свое излюбленное «страх», прошептал:

— Нет, я знаю дорогу.

— Почему ты говоришь шепотом?

— Чудовища, — прошелестел голос проводника. — Я чувствую их. Они вышли на охоту.

— Чушь! — рассердился Гиптий и осекся. Из глубины коридора на него смотрели огромные желтые глаза.

Рука атланта нажала кнопку нейтронного маяка, пробившего сигналом тревоги многометровую каменную толщу.

* * *

Чудовища ночи не поддавались описанию. Они обладали когтистыми лапами, огромными клыками, зловонным дыханием — всем, что может вообразить изощренно-больная фантазия. То, что стояло сейчас пред атлантом и его спутником, трансформировало себе чешуйчатую непробиваемую шкуру, несколько щупальцев и огромные, извивающиеся присоски, чтобы насладиться горячей кровью. Оно не любило света и ждало, когда потухнет факел. А люди ждали, застыв в страхе.

Чудовище вздохнуло и облизало все четыре губы сразу.

* * *

— Они наткнулись на демона мрака, — сообщил шедший впереди жрец. Шестеро смуглых, вооруженных мечами и кинжалами людей столпились у поворота, внимательно следя за жрецом Осириса и его проводником.

— Это решает все проблемы, — заметил один из жрецов. — Пусть их убьет мрак.

— Нет, — возразил первый помощник верховного жреца. — Бог велел, чтобы жрец Осириса умер в лучах солнца. — Он посмотрел в светящиеся глаза своих спутников, и они поняли, что должны делать. И безмолвно канули в тьму.

* * *