— Жрец Осириса убедился в силе карты Сета и снимает свое первое требование! — как само собой разумеющееся провозгласил Омту. — Мы готовы выслушать второе.

Хотят услышать второе? Первое едва не стоило Гиптию жизни, но отступать он не собирался!

— Жрецы Сета, я требую, чтобы вы вернулись на землю, к Солнцу!

На этот раз жрецы не выпростали из-под одежд каленых клинков, они лишь придвинулись к атланту, готовые разорвать его руками. Омту преградил им путь.

— Спокойно! Он наш гость. И я поручился, что он уйдет отсюда целым и невредимым. Что ты имеешь в виду под словом земля, жрец Осириса? Мы и так живем на Земле. Что ты подразумеваешь под Солнцем? Но свет, падающий с потолка святилища, — солнечный свет, донесенный сюда светопроводами.

— Я хочу, чтобы вы вернулись к людям. Знание, принесенное вами, сольется с знанием жрецов Осириса и будет служить человеку!

Омту жестко усмехнулся.

— Ты хочешь подчинить нас своей воле. Но мы служим разным идолам, жрец. Ты строишь Разум, замешанный на крови и грязи, хотя и не сознаешься себе в этом. Ты строишь власть, должную возвеличить тебя и тебе подобных, червей, выползших на раскаленную землю. Мы же ждем Человека, нашего повелителя, того, кто прочтет карту. Мы рождены служить лишь ему. Лишь его воля вызовет нас на землю, а до этого мы жители подземелий. Мы черви, роющие ходы под ваши прекрасные дворцы, мы шакалы, таскающие детей, рожденных строить царство безумного зверя…

— Вы упрямые ослы! — не выдержав, заорал Гиптий. — Вы безмозглые идиоты! Вы…

Слова его перекрыл лязг оружия. Совершенно не желая того, Гиптий оскорбил Бога и теперь должен был поплатиться за это. Толпа жрецов бросилась на атланта и тут же отхлынула назад, словно встретив невидимую стену. Двое служителей Сета остались лежать на каменной зелени пола. Омту процедил сквозь стиснутые зубы:

— Ты говорил, что пришел сюда с миром, жрец Солнца. Твой «мир» дорого обошелся нам. Четверо наших братьев уже не увидят прихода великого Бога. Мы отвергаем твои предложения. Ты вправе решить сам, как поступить с братьями, схваченными номархом Келастисом. А теперь покинь наш храм. Нам не о чем больше разговаривать с тобой. — Омту обернулся к жрецам. — Где проводник?

— Ждет у входа, — расцепил зубы один из жрецов, судорожно комкая рукоять кинжала.

— Выведите слугу Осириса из храма. И дайте ему факел. Пусть уйдет с миром.

Но мира не было. Мира не удалось достичь. Снова будут страх и кровь. Солнце будет бороться с мраком. Гиптий процедил:

— Глупцы, объединив наши силы, мы могли бы править миром. Будущее проклянет вас!