«Мави дождалась, пока смена начнется, и прыгнула прямо в дот через открывшуюся дверь: — Черепаха общалась посредством мыслеречи. Со стороны казалось, что она просто молча сидит рядом со мной. — Так что когда туда добрались, внутри было только шесть покойников. Эту сторону моста мы взяли без единой потери. Когда люди завопили в доте, часовые, вместо того чтобы смотреть по сторонам, повернулись совсем в другую сторону. Теперь люди, — я услышал мысленное хихиканье, — очень нашу кошку зауважали. Как увидели, что она может сделать за считаные минуты, так и обходят стороной. Когда вначале договаривались на трех младших одну долю в случае интересных находок, люди кривились. А теперь никаких вопросов. Правда, — после паузы добавила она, — посмотрела я, как они работают. Нам еще Учиться такому долго. Против этого минометного дерьма и танков ничего мы сделать не сможем. Один на один — порвать не проблема. Отряд на отряд — лучше из засады. А вот если серьезное подразделение и с техникой — связываться не стоит. Пройдут по трупам и даже не остановятся. Надо встраиваться в систему, чтобы стать своими. Ну меченые… подумаешь, велика важность. Среди них такие экземпляры попадаются, что мы просто красавцы».

Мы уже второй день шли вниз по реке на своей барже. В ночь после похода за водой в городе началась мощная стрельба, и мы долго прислушивались, стараясь понять, что происходит. Утром все разъяснилось с приездом пана Тадеуша. Старое руководство устроило штурм домов, где закрепились красно-белые. Со всей округи подтянулись ополченцы и техника. Разгром был полный. В бою погибли и Кеслевский, и его ближайшее окружение. После этого остатки путчистов стали разбегаться и сдаваться. В Варшаве начали наводить порядок. Город за эти два дня изрядно пострадал. Центр был разгромлен, водопровод не работал, отсутствовало электричество. На окраинах продолжали стрелять то ли бандиты, то ли разбежавшиеся красно-белые, то ли соседи под шумок сводили счеты. Множество народу погибло и было ранено, так что городская больница была переполнена и лекарств не хватало.

Но мне, собственно, до этого не было дела. Кончилось, и хорошо. Тадеуш привез нескольких мужчин из квартала для охраны семей. Женщины с детьми стали расползаться по своим домам, и мы с Дашей совершенно спокойно могли отправляться по своим делам. Парни помогли загрузить в пикап все мои трофеи, Даша села за руль, и, получив сопровождающего, мы отправились к реке. На прощание Латковский отвел меня в сторону и, нехотя отдав «Говорилку», попытался выяснить, где такое продается и за сколько. Что наводчик висел в воздухе, он понял, но самолет летал только ночью, и разглядеть его толком было нельзя. Глаза у него азартно горели, и он готов был пообещать любые деньги за подобную вещь. Победа во многом и была достигнута в результате того, что цели и объекты противника ему сдавали моментально. Пришлось пообещать сильно подумать, объяснив, что это экспериментальная разработка и мы едем ее проверять в деле.