— Не к добру, не к добру, — опять повторил воевода. — От умных книжек можно в старых девах остаться.

— Меня другое волнует, — махнул рукой князь. — Разговариваю с ней и думаю: хоть сам на старости лет повышай образование… Но в данном случае хорошо, что Ольга столько знает. Отошлем назад демократа и выдадим ее замуж за какого-нибудь князя или короля.

— Супруг мой, а если новгородец ей вдруг понравится и задачки будут легкими? — тихонько задала вопрос Апраксия.

— Не понравится! Ольга тоже не жалует демократов… Ну, а если понравится, то… со мной будет иметь дело! Воевода, передай новгородцу, чтобы через три часа предстал перед нами. Эх, Киев — Новгород: 5:0!.. А впрочем, хватит ему и трех заданий. Все равно не справится.

Василиса, Елена и Могучая Авдотья в сопровождении княжеских слуг пересекли двор. Вошли в терем… И вот они в гриднице киевского князя. Огромный светлый зал, украшен деревянными узорами необычной резьбы русских мастеров. У красочно расписанных стен, блистая украшениями — браслетами, бусами, серьгами, толпилась местная знать в дорогих костюмах. Василиса никогда раньше не приезжала в Киев, но, поглощенная предстоящей встречей с князем и его дочерью, была не в силах разглядывать окружающее ее великолепие. Державшая в руках огромный ларец Могучая Авдотья, как обычно, смотрела на все невозмутимо. Зато Елена так вертела головой, что, казалось, еще немного, и она у нее оторвется.

В центре гридницы на великокняжеском столе в дорогой свите, в отороченном золотой каймой плаще сидел Владимир. Справа от него — женщина с добрыми глазами и кротким лицом. По левую руку — молодая девушка, с густыми волосами цвета спелой пшеницы, алым румянцем на щеках и небесно-голубыми глазами; она являла собой образец славянской красоты.

— Кто из вас ищет руки моей дочки? — спросил князь.

— Я! — ответила Василиса. — Новгородский боярин Василий Микулич.

Едва она произнесла эту фразу, как на щеках молодой княжны румянец заалел сильнее.

— Познакомьтесь с моими друзьями, — продолжала Василиса. — Боярин Клементий Викторович (Елена поклонилась). А этого богатыря зовут Игнат.

— Игнат, — добродушно подтвердила Могучая Авдотья.

— Спасибо, что пригласил нас ко двору, Свет-солнышко князь. Мы прибыли сюда дружиной в сорок человек. Около города разбили шатры. Может, князь с семьей окажут честь великую, к нам пожалуют, хотя кто и куда вправе приглашать хозяина в его собственных владениях.

— Нравится мне, как ведешь беседу, Василий Микулич. Говорят, ты не только знатен, но и богат?

— Мы относимся к богатейшим родам Северного города. Прими от нас подарок малый.