Она не прекращать стрелять, плазменный пистолет в ее руке становился все горячее и горящее, раскаляясь до цвета красной, яростно кипящей магмы под их ногами. Генераторные кольца на казеннике оружия светились бело-голубым энергетическим светом, и накал активного оружия, жгущий сквозь флексталь и керамитовые пластины перчатки, касался ее плоти. Глифы, предупреждающие об опасной возможности перегрузки, мерцали на рукояти. Но она все равно продолжала стрелять.

- Зачем ты отвергаешь меня? – крикнул ЛаХэйн. – Ты не понимаешь, что я делаю? Ты хочешь, чтобы наш Повелитель провел вечность в статизе, замороженный вечной смертью, заморенный жизнью, не сумевший завершить Его наивеличайшую работу?

- Ты всего лишь человек, - парировала она, - а люди не смеют распоряжаться судьбой Императора!

Он плотоядно посмотрел на нее сквозь дымку расходуемой плазмы.

- Опусти оружие, Мирия. Твое сердце чисто, ты доказала это. Богу-Императору, когда Он пробудится, понадобятся столь благочестивые, как твоя, души, и ты сможешь стать частью этого нового начала… - Подумай, - крикнул дьякон. – Ты сможешь стать новой Алисией Доминикой, наивеличайшей их всех святых во плоти!

Его предложение привело ее в нерешительность: имя наивеличайшей из Сестер Битвы, почтенной Матери Каждого Ордена звучало в ее сознании. Быть упоминаемой наравне с нею… Она даже в мыслях представить это себе не могла.

- Ты можешь стать такой женщиной, - надавил ЛаХэйн, ощутив ее нерешительность, - все твои ошибки будут исправлены, все твои неудачи обратятся победами, каждая смерть станет жизнью – тебе должно лишь прекратить противиться правде!

Лета и Иона. Порция и Рейко. Их и многих других она увидела в своем сознании, и их молящие лица помогли ей выбрать ответ. Дать какой-либо другой – значило отвергнуть их веру, ради которой они умерли, и отринуть правду, что была в ее собственном сердце.

- Во имя Катерины, - прокричала она. – Смерть колдунам!

Искры жалили ее, сыплясь из накаленных до предела тонких механизмов оружия, волны излучаемого жара плавили керамит на кончиках ее пальцев. Плазменные болты, обычно коллимированные и имеющие определенную форму, выбрасывались из оружия яростно визжащими плевками, пистолет трещал целиком от продолжительности нагрева. Рыча от полученного отказа ему сдаться, ЛаХэйн продолжал отражать ее атаки. Оружию были отведены секунды до критического отказа, и с шипящим хрустом оболочка треснула по всей своей длине. Предупредительные глифы опасно засияли краснотой. В последний миг Мирия напрягла свои мускулы и изо всех сил швырнула оружие в лорда-жреца.