— Я не говорил, что ты что-то должна. Но мы могли бы поделить обязанности.

— Хочешь сам разбираться с артефактом, двоечник? Иди, помогай.

— Да ну тебя! Тебе лишь бы меня укорить. Сама-то тоже не блистаешь знаниями по магии.

— Потому и не могу изучать штуку одним глазом, другим глядя в мясо. Изворачивайся сам. Хоть разок можешь ведь приготовить еду без моего участия. И отстань, пожалуйста. Не только тебе бывает нужно сосредоточиться.

Он вздохнул шумно и демонстративно, но собеседница уже ушла в своё занятие и проигнорировала его с полным правом. Я, кряхтя, поднялся, пересел поближе к костру и взялся за бурдюк — теперь вода в нём, к счастью, не приобретала неприятный привкус, как в самом начале. Раньше, в моменты дикой усталости и жажды, на бегу не было вкуснее воды — любой, даже с мерзким привкусом, даже солоноватой. Сейчас хотелось пить только свежую.

— Ну что, можно пробовать, — Ниршав подцепил обжарившееся со всех сторон нечто, перенёс на выскобленный кусок демонской шкуры. — Давай, пробуем. Хорошая штука. Давай.

— Что это?

— Требуха с яйцами в нутряной оболочке. Вообще-то туда много что нужно добавлять, но что уж сделаешь… Приходится ограничиваться тем, что есть. Будешь?

— Не уверен.

— Да ладно тебе. Пробуй, дружище! Тебе надо подкрепляться, совсем с лица спал. — Офицер ловко располосовал «пирог» на ломти и вручил мне один из них. Выглядело неприглядно, и попробовал я с опасением. Не сказать чтоб кушанье оказалось ошеломляюще вкусным, но свою порцию я охотно доел и запил отваром из шлема-кастрюли. — Ну как?

— Даже очень.

— Во-от! Эх, перчика бы… Аше, иди поешь, а то остынет. Потом добьёшь свою игрушку.

— Свою, — пробормотала женщина, откладывая трофей и принимая из рук Ниршава кусок «пирога». — Можно подумать…

Она угрюмо жевала, слушая наш не обязывающий дружеский трёп, а может, и не слушая, вместо этого думая о чём-то своём. Под её взглядом мне стало неловко, захотелось тоже помолчать, Ниршав же ничего такого не чувствовал, безмятежно рассказывал о своём друге — выпускнике магической Академии, хорошем демонологе, который много что рассказывал о своих подопытных «питомцах», но всё больше забавное. Глядя на Ниршава, я и сам перестал обращать внимание на нашу спутницу, разве только изредка взглядывал на неё — мне казалось, она хочет что-то сказать.

— Аше, тебе что — совсем не смешно? — обратился к ней Ниршав, рассказав очередную залихватскую историю про скабрезный «поединок» своего приятеля с демоницей типа «суккуб».

— Слушайте, я, похоже, поняла, что это за штуковина такая.