—Черт с тобой! — усмехнулся опер и забрался в шахту. Я подошел к провалу и принялся вслушиваться в мерное цоканье ботинок по торчащим из стены стальным пруткам. Вскоре оно стихло, и послышался голос федерала:

—Порядок, поднимайся.

Забраться в шахту лифта оказалось легко. И боязнью высоты никогда не страдал, и до скобы дотянуться проблем не составило. Вот только расстояние между ними было рассчитано на более чем двухметровых создателей корабля, и вскарабкаться наверх получилось с трудом. Еще и сквозняком тянуло чуть ли не как в аэродинамической трубе.

—Руку давай! — Кузнецов помог мне выбраться наружу и оттащил подальше от провала лифта. — Нормально все?

—Ага, — отдуваясь, мотнул я головой. — Куда теперь?

—Надо подумать. — Опер оглядел небольшой холл, из которого в темноту уходило сразу три коридора.

Хотя почему — в темноту?

На этом уровне висевшие под потолком панели светильников едва заметно помаргивали, и их тусклое свечение хоть немного, но разгоняло царивший на сбитом транспортнике мрак.

—На потолок внимание обрати, — посоветовал я.

—А ведь и верно! — обрадовался Кузнецов. — Смотри, в центральном коридоре панели чуть ярче светятся!

—И чем дальше, тем светлее становится! — присмотрелся я.

—Пошли! — Опер спрятал химический светильник в карман куртки и уверенно зашагал по коридору. — Думаю, мы почти на месте.

—И разрушений на этом уровне совсем нет…

—В правом коридоре разрушений хватает. — Федерал указал на стену, в которой чернело обугленное отверстие, и обернулся. — Видел?

—И потолки тут выше.

—Так это же главная палуба!

—Понял уже. — Тут мне на глаза попалась выломанная дверь, и я попросил Кузнецова: — Дай светильник.

—Зачем еще?

—Дай сюда!

Федерал с недовольным видом вытащил из кармана начавший тускнеть карандаш и протянул мне. Я осветил заставленную двухъярусными кроватями и узкими шкафчиками комнатушку и повернулся к оперу: