Пару километров нам еще попадались остатки разрушенных зданий, тлеющие кучи мусора, стальные остовы автомобилей, но потом под снегом пропали и они, и я наконец-то позволил себе слегка расслабиться и рассмотреть своих спутников. У Сереги над головой крест-накрест торчали рукояти саблей. Похоже, он сначала надел ножны, а сверху нацепил рюкзак. На груди у него висела британская винтовка SA-80 с оптическим прицелом. У Виктора на боку располагался небольшой метательный топорик, а за спиной висел «калашников», казавшийся игрушкой в огромных ручищах Ворона. Музыкант беззаботно насвистывал какую-то песенку, но руку все же держал на рукоятке винтовки FN FAL. Интересно, где мои друзья взяли такие редкие и дорогие вещи? Сам же я повесил кобуру с «зиг зауэром» на пояс, в правый карман спрятал ТТ, в левый – одну склянку с «Жидким огнем». На груди само собой висела винтовка G-3. Колья в рукавах, булава на поясе и сосуды с «Хамелеоном» и «Кровью дракона» в петельках на внутренней стороне куртки. Глубоко на дне рюкзака лежал балахон и перчатки Инквизитора.

Изредка на дороге попадались люди, но все они двигались нам на встречу. А я ведь надеялся набиться в попутчики к какому-нибудь человеку с санями. Но, по-видимому, не судьба.

– Темный, – внезапно окликнул меня Игорь, который видимо от природы не мог молчать больше двадцати минут, – ты же как черная ворона на белом снегу. Тебя же первого, если что, застрелят.

– Его прозвище обязывает, – хмыкнул Виктор. – К тому же обычно сначала стреляют в самого разговорчивого.

– Или в самого здорового, – тут же отбился демонолог.

– Или в самого хмурого.

Мы втроем обернулись и посмотрели на Серегу, который после разговора перед воротам вообще ни разу не раскрыл рот. Мой друг автоматически переставлял ноги, но мысли его были не здесь. Либо они остались в Темном городе с Таней, либо уже были в Светлом городе с лысым жрецом.

– А давайте себя как-нибудь называть, – Игорь снова разрядил затянувшееся молчание. – Фантастическая четверка, например. Хотя нет. У них же была девушка. Тогда может быть, мы будем как черепашки-ниндзя. Чур, я буду Рафаэль.

Так, перебрасываясь шуточками, мы быстро двигались вперед. Серый продолжал молчать, но через какое-то время я перестал обращать на него внимание. По краям от дороги начали попадаться кусты, которые вскоре переросли в сплошные посадки, и нужно было держать ухо востро. Но до полудня мы прошагали без приключений и свернули с дороги, чтобы перекусить.

Наломав хвороста, мы быстро развели костер, растопили снег и все-таки съели Серегину вермишель. Вкуса эта гадость все равно не имела, но желудок наполнила. Надолго ли? Начальник охраны мэра Ксандра и на привале ничего не говорил. Лишь когда мы снова отправились в путь, на мой вопрос, правильно ли мы идем, буркнул: «Правильно». И снова замолчал.