Ганди, менее подвижный, чем его друг, успел лишь сесть.

— Добрый день, джентльмены, — сказал он, обращаясь к немцам таким тоном, словно никакого оружия у них в руках не было.

— Вылезайте! — Это слово было произнесено на хинди с таким чудовищным акцентом, что Ганди едва понял его, однако сопутствующий жест ружьем не вызывал сомнений.

С лицом, превратившимся в маску страдания, Неру выбрался из повозки. Солдат помог слезть Ганди.

— Danke,[31] — сказал тот.

Солдат с сердитым видом кивнул и указал дулом ружья в сторону БТР.

— А где же мои рупии? — завопил чернобородый.

Неру так резко обернулся на крик, что солдат едва не выстрелил в него.

— Ты имеешь в виду свои тридцать сребреников? — прокричал он.

— Сказывается английское образование… — пробормотал Ганди, но никто не услышал его.

— Мои рупии! — повторил человек. Он не понял Неру.

«Очень часто, — с грустью подумал Ганди, — корень всех проблем кроется в непонимании».

— Ты их получишь, — пообещал сержант, возглавляющий подразделение.

Ганди стало интересно, правду сказал немец или нет. Скорее всего, правду, решил он. Англичане столетиями создавали сеть индийских осведомителей. Немцам она тоже очень и очень пригодится.

— Залезайте!

Солдат, знающий несколько слов на хинди, ткнул ружьем куда-то в заднюю часть БТР. Вблизи машина уже не казалась бесформенной устрашающей громадиной, с грохотом едущей по дороге; стало ясно, как сильно ее потрепала война. На корпусе виднелись следы пуль и заплаты, кое-где стальные листы были грубо сварены.

Внутри БТР зубчатые края пулевых отверстий были выровнены ударами молотка, чтобы они не царапали людям спины. Пахло кожей, потом, табаком, бездымным порохом и выхлопными газами. В машине и так уже было много народу, а теперь, когда туда посадили двух индийцев, стало еще теснее. А рев ожившего мотора бросал вызов даже хладнокровию Ганди.

«Да и какой теперь прок, — подумал он с неожиданной горечью, — от этого хладнокровия?»

— Их уже доставили, господин фельдмаршал, — доложил Лаш Моделю и добавил, заметив, что начальник не понимает, о ком речь: — Ганди и Неру.

Брови Моделя сошлись к переносице.