— Неру меня не интересует. Теперь, когда он у нас в руках, выведи его на улицу и «накорми лапшой». — Так на армейском сленге именовалась пуля в затылок. — А Ганди, вот это интересно. Давай его сюда.

— Есть, — со вздохом ответил майор.

Модель улыбнулся. Его адъютанту Ганди вовсе не казался интересным. Лашу никогда не носить фельдмаршальский жезл, доживи он хоть до девяноста лет.

Модель взмахом руки отпустил конвоировавших Ганди солдат, любой из которых мог сломать маленького индийца, точно прутик.

— Берегитесь, — сказал Ганди. — Если я действительно такой отъявленный уголовный преступник, каким вы меня изображаете, я могу легко справиться с вами и сбежать.

— Если вы это сделаете, значит, вы и впрямь уголовник, — возразил Модель. — Садитесь, если желаете.

— Благодарю вас. — Ганди сел. — Джавахарлала, как я понимаю, увели на расстрел. Зачем вы приказали доставить меня к себе?

— Чтобы побеседовать немного, прежде чем вы… присоединитесь к нему.

Не было ни малейшего сомнения, что Ганди понял, что означают последние слова, и тем не менее на лице индийца не отразилось и следа страха. Впрочем, это ничего не меняет, подумал фельдмаршал, хотя мужество противника, стоящего на пороге вечности, вызывало у него уважение.

— Я согласен побеседовать — в надежде убедить вас проявить милосердие к моему народу. Для себя лично я не прошу ничего.

Модель пожал плечами.

— Я был настолько милосерден, насколько это возможно на войне, пока вы не начали свою кампанию против нас. С тех пор я делаю лишь то, что должен сделать для восстановления порядка. Когда все наладится, моя политика снова станет мягче.

— Вы же производите впечатление порядочного человека, — с оттенком удивления в голосе сказал Ганди. — Как вы можете так бессердечно уничтожать людей, не причинивших вам никакого вреда?

— Я никогда не стал бы делать этого, не подстрекай вы их к безрассудному поведению.

— Стремление к свободе не безрассудство.

— Еще какое безрассудство, если человек не в состоянии добиться ее — а индийцам это не под силу. Ваши люди уже помаленьку разочаровываются в этом вашем… как вы это называете? Пассивное сопротивление? Глупейшее понятие. Тот, кто пассивно сопротивляется, имеет лишь одну перспективу — умереть. И у него нет ни малейшего шанса победить врага.

«Это заденет его за живое», — подумал Модель.

И действительно, голос Ганди звучал менее бесстрастно, когда индиец ответил:

— Сатьяграха бьет по душе угнетателя, а не по телу. Вы, должно быть, совсем лишены чести и совести, раз не в состоянии чувствовать боль своих жертв.