Скуля и раболепно извиваясь, они расступались перед ним, пятились прочь от Магистра.

— Убей его, Кровавый Латник… — осмелился один.

Его голос был глухим и дрожащим.

— Убей! — более смело подхватил второй.

— Убей! Убей! Убей! — завопили остальные на все лады, во все горло.

Бронированный гигант надвигался на де Круа, но тот стоял неподвижно. Его лицо было обращено к врагу, и ненависть поблескивала во взгляде, подобно льду. Окровавленная клешня чудовища нетерпеливо щелкала, наплечники вздымались от яростного дыхания, но лицо Магистра было спокойно. К нему подступал неуязвимый великан, древний душегуб, убивавший сотни раз, чьи многовековые доспехи были пропитаны кровью… Но, сражаясь тысячу лет, де Круа пережил смерть тысячекратно. Этой ночью кровь покрывала его меч целиком, от кончика клинка до граненого набалдашника.

— Убей! Убей! Убей!

Останавливаясь, Кровавый Латник рыкнул, и шакалья свора разом унялась.

— Владыка послал их за живыми, — прорычал он Магистру. — А меня — за мертвыми. Они не справились, и поэтому мой черед.

— Кто тебя послал?

— Тебе это уже ни к чему. — Латник сделал шаг вперед. — Мои доспехи голодны, время их напоить.

Магистр перехватил меч обеими руками и стал в «хвостатую», или, как она называлась в Германии, «близкую» стойку. Клинок был отведен назад, скрываясь от противника, в то время как левое плечо — открыто и подставлено врагу.

Это была коварная, провоцирующая позиция, но Латнику, неуязвимому колоссу против беззащитного карлика, было без разницы. Он кинулся на Магистра, преодолевая оставшуюся дистанцию, двигаясь со скоростью, которой тяжело было ожидать от его громоздких размеров. Тела козлоголовых, валявшихся на полу, затрещали под копытами, огромная палица поднялась для первого и последнего удара, и клешня взметнулась, чтобы схватить расплющенный труп…

Де Круа тоже не медлил. Чтобы остановить этот таранный удар палицы, Магистру требовалась вся сила телекинеза, которой он только обладал, а ее можно было проявить на максимально коротком расстоянии. Отпустив рукоять меча, он устремил левую руку навстречу палице, и сокрушительная масса остановилась буквально в нескольких сантиметрах от раскрытой ладони, наткнувшись на невидимую преграду.

Одновременно Магистр сделал шаг вперед, нанося правой рукой горизонтальный удар мечом. Клинок устремился по широкой дуге, идущей от бока Магистра, и с оглушительным звоном врезался в клешню.

Неизвестно, сколько в ударе было силы телекинеза, а сколько — крепости металла, из которого был изготовлен меч, но для него это столкновение прошло бесследно. Что же до клешни — стальные когти не выдержали, ломаясь и отлетая в стороны.