Все. Это точно конец. Неспособная даже пошевелиться, она сейчас станет едой. Счастливая случайность, дважды спасавшая от трикстеров, на этот раз решила удалиться со сцены. Ничто не поможет.

   Мама. Папа. Скоро дочка присоединится к вам.

   Расплывающаяся перед умирающими глазами физиономия, на которой отрастали щупальца, померкла. И Канзаки просто закрыла глаза.

   Конец.

   - Хардкор! - громыхнуло грозовым раскатом на всю крышу. Этот голос. Клоунские интонации надсадного смеха. Густое прокуренное звучание. - БДСМ и прочие гадости на марше!

   Ватанабэ.

   Пожалуйста.

   Помоги.

   Грета обернулась почти испуганно. Распустившиеся в предвкушении трапезы маленькие пасти в мгновение ока всосались обратно в кожу.

   На пороге стоял, тяжело отдуваясь. Сэм Ватанабэ в белоснежном костюме. Громко выдохнув с лошадиным всхрапом, он присмотрелся. И, увидев творившееся безобразие, скакнул вперед.

   - Стоять! - взвизгнула Грета, и было заметно, как она напряжена. - Сердце ей вырву!

   - Да ну? - широко и свирепо осклабился Сэм. - Какая ты злобная.

   Он стоял посреди крыши, за спиной у обернувшейся блондинки. Один шаг - и ставшая заложницей умиравшая Канзаки будет растерзана. Но Ватанабэ и не собирался делать этот шаг. Напротив, он поднял вверх руки. Как бы демонстрируя покорность. Только почему-то кулаки были сжаты, а пальцы сложены двумя знаками V. Воздев два победных жеста в воздух, Сэм ухмыльнулся. И засветился.

   Черно-красный пес боли мгновенно вцепился Грете в глотку. Белоснежная волна чужой силы, как муху веером, смахнула ее с японки. Падая и чувствуя, как усыхает терзавшая податливое тело рука, блондинка раскрыла рот в беззвучном вопле. Каждую клеточку ее тела нестерпимо жгло тысячеградусное пламя, испарявшее дождь и камень. Сомнений быть не могло - на крыше раскинулась волна, генерируемая Наследником.

   И Канзаки тоже видела. Впервые с того самого дня в Токио. В канализации девушка сумела разглядеть лишь отсветы, ощутить лишь дуновение этой невероятной мощи. Но сейчас внезапно прояснившимся взглядом Мегуми воочию узрела пылающий белоснежный столб, выросший на месте Ватанабэ. Шириной в несколько метров, он устремился в небеса, пронзая тучи.

   - Супер овердрайв! - заорал Сэм, и столб ярко вспыхнул. Грета взвыла, как раненое животное, и на корточках попыталась отползти в сторону. Но сияние не отпускало. Оно схватило ее пылающими лапами и, удерживая на земле, принялось щупать голову. Чужая воля бесцеремонно проникала в разум трикстера. Как много раз Грета сама проделывала подобное с людьми. Но то с людьми. Сейчас же сама хищница выступала в роли овечки.