Акшанта посмотрел на меня задумчиво, слегка сдвинув брови.

— Едва ли, — и по его тону я понял, что вот он, ещё один человек, с которым на тему верховной власти не стоит шутить. — Думаю, его величество очень хорошо видит, на кого из подданных он может по-настоящему опереться.

— Однако мятежники же раньше почему-то рассчитывали на поддержку этих графств.

— Каждый может заблуждаться. Главное, чтоб заблуждение не зашло слишком далеко.

— Значит, тот офицер, который всё-таки оказал мне затребованную помощь при знакомстве с замковым хозяйством, получит помилование?

— Да. Но в императорской армии ему никогда не служить.

— Подозреваю, любой прокол с его стороны повлечёт особенно жёсткое наказание.

— Ну, не любой, — тут Раджеф позволил себе усмехнуться. — Воровство или, к примеру, соблазнение чужой жены не относится к числу государственных преступлений.

Супруг Аштии оказался нормальным мужиком, с которым можно и выпить вместе, и обсудить дела, и дождаться поддержки. Неразговорчивый, да, сумрачный, замкнутый, если рта не откроет, так и не узнаешь, что он думает о тебе и твоих словах. Зато в нём чувствуется надёжность и серьёзность. Он не балаболка какая-нибудь малолетняя, за каждое слово может ответить, а лучше вместо болтовни представит сделанное дело. Или послушает, что скажут другие — и полезно, и безопасно.

Он из тех служак, к которым знания и опыт уже пришли, а инициатива ещё не заскорузла. Он тоже наверняка имел про запас с дюжину интересных идей для боевых операций в сложных ситуациях, и при необходимости мог ими поделиться. Ему тоже вряд ли нравилась сложившаяся картина, заполыхавшая с внезапной мощью настоящая гражданская война. Пожалуй, в отличие от меня, он был сим фактом по-настоящему шокирован, но по нему ни за что не скажешь. Подлив ему вина, я попробовал прояснить этот момент, однако получил в ответ пару вежливых, кратких и ничего не значащих фраз.

Тоже верно, не моё ж дело. Хоть я теперь и свой, однако в душу истинного имперца меня никто не приглашал.

— Что скажешь по поводу новых бойцов? — спросил Акшанта, когда слуги подали медовые лепёшки, ломтики фруктов и сладкие соусы — приятное завершение обеда. — Имею в виду гладиаторов, как мужчин, так и женщин. Как себя показали?

— Хорошо. Они неплохо и довольно быстро приучаются работать в группе, главное, чтоб не возникало споров по поводу старшего.

— А таковые возникают?

— Нет, если заранее всё оговорено. Я к тому, что гладиаторов как бойцов можно использовать, но нужно заранее и подробно объяснить многое из того, что солдатам даже упоминать не надо.