Анька подошла к костерку и остановилась напротив тройки молодых, сопливых ребят, неряшливых, расхлябанных даже внешне, для чего-то делающих вид, что они несут здесь, у огня, караульную службу — наблюдают за дорогой.

— Ой, девка! — в дурашливом восторге негромко вскрикнул один из караульных, вглядываясь через огонь на Аньку.

— Гы, точно! — подтвердил второй, отставляя в сторону зажатую между колен винтовку, похоже, германского происхождения.

Третий промолчал, но по всему было видно, что любое слово давалось ему с трудом. Узкий лоб, отвислая нижняя губа, капля под носом… "Какой дебил этому дебилу винтовку дал? — подумала Анька. — Да еще в караул поставил?" В этот момент далеко в стороне раздались хлесткие винтовочные выстрелы, но никто на это и внимания не обратил. Подумаешь, стреляют. Так ведь явно беспорядочно, в белый свет, как в копеечку, хулиганят братишки, небось, или кто перепил на постое… Деревня-то рядом, там весь отряд инсургентов и остановился, а им вот выпало из себя часовых изображать, как самым молодым и бестолковым.

— Побалуемся, что ль? — решил сначала поговорить первый из караульных, приподнимаясь с чурбачка, неведомо как оказавшегося здесь и еще не сожженного в самом начале ночного дежурства.

— Побалуемся, — согласилась Анька, шагнув поближе.

Третий, молчаливый, промычал, загукал что-то неразборчивое и встал, роняя винтовку чуть ли не в огонь. Анька едва сдержалась, что б не фыркнуть презрительно. При всей её недавней любви к нестандартному сексу на зоофилию девушку никогда не тянуло… а этот, молчаливый, если и походил на человека, так только внешне, оставаясь изнутри обыкновенным прямоходящим животным. Двое инсургентов посообразительнее начали расходиться, огибая костерок слева и справа, третий, торопясь, шагнул прямо через огонь и оказался совсем рядом с девушкой. Подождав, пока подойдут и чуть отставшие его товарищи, Анька, как бы нехотя, потащила из-за спины руки… В левой она держала всем хорошо знакомую гранату системы Лемона в страшной, рубчатой оболочке, а в правой поблескивало кольцо от гранаты.

— Ты-ты-ты… — неожиданно стал заикаться первый. — Ты сдурела, девка?!!

— А хоть бы и сдурела? — весело согласилась Анька. — Кольцо вытянула, до трех досчитала, а потом усики-то и зажала, это как считается — сдурела или не очень?

Запал гранаты горел четыре секунды, так что теперь стоило Анька просто разжать пальцы, и взрыв прогремел бы мгновенно. Караульные замерли, не понимая, что же им сейчас делать? Бежать бесполезно, кидаться на землю — тоже, граната на двух шагах сделает фарш из тебя в любом положении, хоть стоячем, хоть лежачем. Да в стоячем даже и лучше, сразу с концами, в темноту вечности, как говорят атеисты, в ад или в рай, как твердят верующие. А лежачему-то перебьет позвоночник, и будешь последние недели жизни пускать слюни на неподвижные ноги или орать от боли.