А открыть не успел… откуда-то будто со всех сторон сразу: от ближайших домов, от заводской проходной, даже, показалось, и от кустиков сирени, — раздался тревожный резкий звук рынды, совсем не похожий на колокольный. Скорее уж это был просто звонкий и заполошный удар металла о металл, рельсы о рельсу.

— Вот, как всегда, — с печалью в голосе констатировал Леха, который ждал своей очереди на стакан — ну, не из горлышка же пить рабочему человеку. — Вы успели, а я теперь второпях хлебать буду…

— Судьба, — кивнул Володька, открывая глаза и прищуриваясь. — А куда ты спешишь? Мы, кажись, во вторую смену идем по расписанию, значит, будем дома отсиживаться. До дома тут — рукой подать, можно и не спешить, допить всё аккуратненько, да еще и с собой в запас захватить, мало ли сколько это учение продлится? Помнишь, год назад почти, мы тогда четыре дня в подвале сидели, на комбинат всего раз выползали, да еще потом неделю химики плохие места обрабатывали…

Леха и Саня в такт володькиным словам послушно кивнули. В самом деле, около года назад военные вылили на город настоящую "химию", без каких-то скидок на гражданское население и условности учения. Ну, да тогда как раз разгар боевых действий индийцев с пакистанцами был, вот и решили своих потренировать серьезно, а то ведь — всякое случается. До любой границы от городка "хоть три год скачи, ни до какого государства не доедешь", но вот свихнется индийский или мусульманский пилот, обкурится своей анаши или опия, да и рванет совсем не туда, куда его посылали. А ракетам с химическими боеголовками все равно над чьим городом рвануть: индийским, пакистанским, иранским, русским…

Звякнув горлышком бутылки о край своего же стакана, Володька ловко наполнил его портвейном, протянул Лехе, а сам быстро подхватил с газетки сразу пару кусков колбасы, хлеб. Не мешкая, Леха в два глотка осушил емкость и тут же подставил стакан за повторением, так в их компании было положено: кто пил вторым, пил дважды подряд.

— Не спеша-то, конечно, не спеша, но и засиживаться не стоит, — обтер залоснившиеся жиром губы тыльной стороной ладони Володька. — Я ведь, как-никак, а старший по дому, придется еще все квартиры обходить, да вспоминать, где-кто на сей момент находиться должен…

— Да ладно, — махнул рукой Саня, включаясь в разговор. — У Надьки своей спросишь, она всегда всё про всех знает, вот с её слов и запишешь в отчете…

— Вот ведь баба, — покачал головой Володька. — Сама на работе, да у подруг околачивается целыми днями, а знает и в самом деле всё про всех… как так успевает?