— Все-все, — уже откровенно раздраженно махнул рукой Пухов. — Все за оцепление. Ни шагу, ни единого движения без команды! Моей команды! Выполняйте, подполковник!

— Он не похож на военного, — поделилась своим наблюдением Анька, когда местный начальник легкой рысцой отбежал от машины.

— Не строевой, — пожал плечами Пухов. — Может, потому и инициативный сверх надобности?

— Такая инициатива должна быть наказуема, — глубокомысленно, будто серьезный философский постулат, сказал Паша. — Ладно, будем надеяться, что и для доппельгангеров учения по гражданской обороне у вас не в новинку, как и эта проверка оставшихся в квартирах…

— Будем-будем, — согласился Пухов, — но все это почему-то необычайно нервирует… А вас?

— Ну, не сказала бы, что необычайно, — пожала плечами Анька. — Но неприятное чувство есть…

— Чувство провала? — тут же пытливо спросил Пухов, надеясь, кроме своей "гвардии" еще и на интуицию Аньки и Паши.

— Нет, чувство беспокойства, — пояснила девушка. — Странное какое-то беспокойство. Ну, да и не до разборов сейчас, не у психоаналитика на приеме… значит, выдвигаемся к лежке доппельгангеров?

— Если вы готовы, то выдвигаемся, — согласился Пухов и, не получив возражений, скомандовал единственному сохранявшему молчание и полное спокойное равнодушие к происходящему — шоферу: — Поехали, адрес слышал? Не заблудимся?

Последний вопрос был, конечно, нервозной шуткой. Такие ребята, как тот, что сидел сейчас за баранкой автомобиля, казалось, физиологически не могли заблудиться даже в Кносском лабиринте.

Когда впереди замаячила темная, показавшаяся мрачной из-за почти полного отсутствия освещения громада именно того дома "что надо", Паша легонько дотронулся до плеча водителя и попросил:

— Подай вперед, до конца, и встань на углу так, что бы из ближайших окон машина не просматривалась…

Ни слова ни говоря, даже не оглянувшись на Пашу и не скосив глазом на Пухова, водитель исполнил указание в лучшем виде. За годы службы он научился интуитивно воспринимать в какой момент и чьи приказания следует исполнять безоговорочно.

— Ну, что, выходим? — поинтересовался Паша. — Ань, ты готова?

— Готова, готова, — проворчала та, продолжая в темноте салона возиться с чем-то громоздким. — Выхожу уже, первой, как всегда буду…

Но все-таки из машины выбралась последней, держа в руках своего любимца — С-96, к которому стараниями Пухова, по индивидуальному заказу ей настрогали в изобилии патронов.

— Подъезд третий, этаж четвертый, — повторил для порядка Паша. — Квартира сорок семь… трехкомнатная, с центральной проходной комнатой, с маленьким балконом. Туалет, ванная, кухня — при входе слева, по коридору…