Космос умер.

– Спасибо, Егор, – подвела итог умопомрачительная не-женщина. – И удачи тебе. Мы тут еще немного повисим. Вдруг да пригодимся.

Что-то не понравился мне ее голос. Ох, не понравился!

– Вряд ли, – я постарался вложить в ответ максимум уверенности. – Вы сделали все, что могли.

Вышло несколько двусмысленно. Но Сипала поняла.

– Мы все равно еще немного тут повисим, – ее голос смягчился. – Мало ли что. А когда убедимся, что у вас все в порядке, тогда и отбудем. Мне еще Брату Тихону докладывать.

– Ладно, – я скосил глаза на дисплей ходовика. Почти минута до зоны нашего контроля, нет времени на сантименты. – Мы пошли. Удачи вам, выродки.

И обрубил связь. Хватит. Долгие проводы…

Я запустил проверку синхронизации со «Шмелями». Давайте-ка, ребята, домой нормально прибудем.

– Два крейсера прямо по курсу, – ожил наконец ходовик.

Как же мне все это время не хватало его ворчания. Прямо ностальгия.

– Приписаны к пограничной флотилии Экспедиционного Корпуса…

Я не слушал. Какая разница, кто они и куда приписаны. Это свои. Свои! Земля! Ура! Мужики, мы вернулись!

– Внимание! Клипер, приписанный к УФЕС-В, – голос в динамике вещал на общей волне. Странно. Да и интонации этого голоса что-то мне совсем не нравились. – Остановитесь. У вас нет разрешения для проникновения в территориальное суверенное пространство планеты Земля.

У меня возникло стойкое ощущение, что я брежу. Что вокруг по-прежнему белая комната, а происходящее всего лишь плод моего окончательно свихнувшегося воображения.

Чего он сказал?

– Чего ты сказал? – У меня, наверное, глаза сейчас, как позиционные огни. От крейсера, не меньше.

– Остановитесь, – в строгом голосе появилось напряжение. – Вам запрещено…

– Ты что, охренел, военный?! – Меня реально сорвало.