На миг он ощутил гнев. Нечто вроде того, что смертные называют ненавистью, потребностью отомстить, восстановить равновесие, нечто жалящее, развращающее, лишающее прав. Затем все прошло. Он был драконом, силой, а не каким-то там жалким порочным смертным. Он выше этого. И он любит ее.

«Довольно, — подумал он. — Довольно. Стоило лишь чуть-чуть побыть с ними — и в тебя просочилась их эмоциональная скверна. Время дорого».

— Идем, Маргарет, — пробормотал он, вложив в приказ всю свою мощь. — Идем немедля! Сейчас же, мигом, в безопасность!

Но ее последние секунды общения с самцом растянулись в вечность с половиной. Маленький дракон понимал, что истощает себя запредельно, но ничего не мог поделать. Дважды крохотные враждебные зубастики с мерцающими крылышками и полупрозрачными светящимися экзоскелетами пролетали мимо дверей, в которых она стояла, и дважды он, собрав крохи неуклонно убывающей энергии, обращал нежить в ничто.

— Идем!

Наконец-то пальцы ее оторвались от грубой кожи самца, Маргарет подарила мужчине еще один умопомрачающий взгляд и зашагала по узкой дорожке. Урниш мгновенно пристроился рядом, заключая женщину в сферу своего влияния, но оставаясь под прикрытием защитного шара. Она не должна видеть его — игрушку, милую забаву, хитрый механизм — здесь, так далеко от родимой книжной полки: она огорчится, узнав, что он проделал весь этот путь, чтобы найти ее, такой маленький и уязвимый. И даже не догадается, какой опасности он подвергался просто ради того, чтобы присмотреть за ней. Какая ирония: уязвима-то она, и все-таки это удивительное и прекрасное существо так беспокоится о нем!

Мир смертных колебался на грани, и все, что мог сделать сейчас Урниш, — это позаботиться, чтобы она добралась до своей квартиры, приглядеть за ней на пути через город, к Телеграфному Холму.

Невидимая для Маргарет, изверглась ночь.

Небо над Сан-Франциско обрело цвет кроваво-красных рубинов! Врата распахнулись настежь. Дракон ждал слишком долго. Крошечное отверстие превратилось в прореху, прореха — в брешь, брешь — в расселину, а расселина стала пропастью, когда разорвалась мембрана между смертным миром и чернотой, лежащей за его пределами. Небеса истекали кровью; визжащие демоны, оседлав алые лучи, неслись сквозь клубящиеся тучи вниз, вниз, вниз между громадами небоскребов.

Он ждал слишком долго! Он не оправдал доверия Мастера и с самого начала знал, что так и будет. Он не сила добра и быть ею не мог — знающий слишком мало, тянущий слишком долго.

Сейчас главное, чтобы Маргарет вернулась в убежище близ Телеграфного Холма. Уже оттуда, из безопасности защитной сферы, он попытается что-нибудь предпринять. Сейчас делать ему нечего. Он не просто потерпел неудачу. Все гораздо хуже. Он подвел черту под временем смертных.