– А пес его знает, если честно, – Соломин пожал плечами. – Я даже задумываться не собираюсь. Меньше знаешь – крепче спишь.

– Тоже верно. Главное, платят хорошо.

– Это точно.

– Восемьдесят. Семьдесят пять. Капитан, они прибавили ход!

– Черт, неужели что-то заметили?

– Не должны.

Соломин и сам знал, что не должны. Пока его корабль не запустил двигатели или не открыл огонь, его не обнаружить. Американские радары неплохи, однако все равно с русскими их не сравнить. Просто уж больно не вовремя начал разгоняться конвой. Может, это заранее запланированный маневр, ничего особенного за собой не скрывающий, но капитану не нравились совпадения.

– Всем внимание. Приготовиться к перегрузкам.

Огромный корабль, казалось, замер. Наверное, так замирает хороший конь прежде, чем ринуться вскачь, или крепко сжатая пружина перед тем, как высвободить всю накопленную энергию. И сложно было позавидовать тому, на кого она выплеснется.

– Девяносто. Восемьдесят пять. Скорость прежняя.

– Очень хорошо. Доклад через пять.

Сейчас уже появлялась некоторая опасность – для повышения эффективности собственного огня Соломин подпускал конвой поближе, но в результате уже сам оказывался в зоне досягаемости главного калибра линкора. Кстати, если он правильно определил, то это один из самых мощных кораблей американского флота – линкор типа «Аляска». Действительно, интересно, что же он охраняет, а еще интереснее извивы человеческой мысли. Американцы традиционно называют линейные корабли именами своих штатов или планет. Аляска давно уже русская земля, так они специально планету назвали. Интересно, это верность традициям или маразм?

– Девяносто пять. Девяносто.

Ну что же, пора, наверное.

– Господа офицеры. Атака!

Спустя секунду корабль чуть заметно вздрогнул – бортовой залп гиперорудий главного калибра колыхнул даже этого гиганта. Полтора километра брони и электроники обладали огромной массой, но и артиллерия соответствовала габаритам линейного крейсера, и отдача, прямо как на морских кораблях далекого прошлого, была заметна.

В первый момент показалось, что ничего не произошло и залп не достиг цели, но затем на всех экранах загорелись яркие точки. Автоматика переключила радары на максимальную мощность – теперь не было нужды скрываться, и сразу же стало видно, как авианосец, окутанный облаком вырвавшегося из разбитых отсеков воздуха, неторопливо, как и положено такому великану, разваливается на куски. Артиллеристы не подкачали, сумев не просто накрыть вражеский корабль (на такой дистанции это было несложно), но и сконфигурировать залп таким образом, что полностью разрушили корпус. В случае, если бы авианосец раскололся, к примеру, пополам, часть ботов могла уцелеть и, теоретически, имела бы шансы взлететь. А сейчас взлетать там было уже некому. Еще через пару секунд один из обломков вспух от страшного внутреннего взрыва – очевидно, взорвались реакторы, а затем вспыхнуло все окружающее пространство, в пыль растирая останки авианосца.