– Слышишь, как тон меняется? – спросил Соломин у Андрея. – Точно тебе говорю, там живой человек – ни один компьютер так эмоции не подделает. Ну что, отвечаем или пускай еще понервничают?

– А вдруг и впрямь стрелять начнут? Не может же у них вообще не быть систем обороны.

– Стрелять начнем мы, если захотим, а у них еще стрелялка не выросла. Даже орудия немецкого производства до нас сейчас не достанут, а я сомневаюсь, что у этой зачуханной планетки найдутся деньги на такую роскошь. Скорее всего у них или вооружение собственного производства, то есть в переводе на нормальный язык, дерьмо редкостное, или что-нибудь, произведенное в странах второго эшелона. Ни у англичан, ни у французов, ни даже у финнов артиллерия достаточной дальнобойности не производится, поэтому до нас им дотянуться просто нечем.

– А в США?

– Вас что, совсем не учили даже основам военного дела? Тоже не производят, конечно, да и не станут они китайцам ничего продавать – они после Второй межрасовой войны ненавидят узкоглазых любого сорта. Ну что, пальнем интереса ради?

– Погодите, капитан, давайте сначала поговорим.

Андрей успокаивался на глазах – все же его неплохо учили, и он умел преодолевать волнение. Соломин кивнул одобрительно и отдал приказ навигатору. «Эскалибур» чуть изменил курс, идя на сближение с архаичного вида орбитальной крепостью на орбите планеты, и развернул огромные «крылья» ракетных пилонов – так их удобнее было запускать залпом. Очевидно, это не прошло незамеченным для наблюдателей, в этой самой крепости сидящих. Не было сомнения, что они давно уже идентифицировали корабль и хорошо представляли его возможности. Залп гиперсветовых ракет был способен расколоть планету пополам, вот только выпускать их с такой дистанции было дуростью – артиллерия и дешевле, и эффективнее. Ракеты – оружие, предназначенное для боя на дальней дистанции, и применяется крайне редко, зато вид корабля, изготовившегося для ракетной атаки, производит впечатление на кого угодно. Естественно, Соломин не собирался тратить ракеты на столь малозначимую цель, но он хотел напугать комитет по встрече, и добился этого.

Как известно, идти с вооружением, приведенным в боевую готовность, никому и никогда не возбраняется. А вот открывать огонь по кораблю, идущему в нейтральном космосе, вне пределов территориального контроля, весьма чревато. Пределы же подконтрольного пространства, согласно международному законодательству, определяются дистанцией, на которой возможно их защитить, не покидая пределы орбиты. Орбитальные крепости в этой ситуации выступают аналогами береговых батарей далекого прошлого, вот только их эффективность весьма спорна и очень сильно зависит от страны, которой такая батарея принадлежит. Планеты Российской империи, к примеру, во-первых, перекрывали своими батареями всю систему, в которой такая планета расположена, а во-вторых, русским вообще плевать на международные соглашения и законы. Они в два счета обеспечивали сохранность территории благодаря своему флоту, просто отчертив на карте секторов линию, за которую лучше не соваться, да и остальные крупные страны, вроде США, Японии, Франции, в общем-то, поступали так же. Такой расклад, кстати, русские вполне уважали, относясь к нему с пониманием и считая, что каждый имеет право на защиту своей территории всеми доступными средствами. А вот маленьким и слабым государствам оставалось лишь уповать на столь шаткую вещь, как международные законы, да надеяться, что их не тронут. Ну, как говорится, надежда умирает последней, и сейчас на планете взвыли, понимая, что находятся в пределах досягаемости корабельной артиллерии и, пока он не откроет огонь, не имеют формального права ничего предпринимать в ответ. Даже если у них есть флот и они его вышлют на перехват русского корабля, то, согласно все тем же растяжимым нормам международного права, это будет неспровоцированной агрессией и после первого же выстрела линейный крейсер будет вправе сотворить с планетой все, что захочет. А пока что он держит их под прицелом, и что сотворит через секунду, абсолютно неизвестно. Это страшно, и такая игра на нервах заканчивается однозначно.