Ну, прикрытие прикрытием, а сторожевик этот лайнер нагнал и, попирая все международные законы, пробил ему парой снарядов двигатели, взял на абордаж и шпиона назад в империю отвез. И все бы нормально, да уж больно шум поднялся сильный – корабль тот подбитый нашли только через три недели. К тому времени воздух из поврежденной снарядами обшивки частично вышел, в результате чего погибло немало народу, в том числе пассажиров, оказавшихся заложниками чужих игр. Ну, некрасиво получилось, чего уж там, надо было или аккуратнее лайнеру обшивку дырявить, или уж, во всяком случае, свидетелей не оставлять. Лейтенант получил вполне заслуженное, как многие считали, взыскание и был временно отстранен от командования кораблем. Промолчи он – и через полгода взыскание бы сняли, еще и повышение бы получил, но он полез в бутылку. Кстати, с определенной точки зрения Мельникайте был прав – действовал-то он согласно стандартной инструкции, просто, что называется, думать надо было. В другое время, может, и поощрение бы получил, вот только как раз в этот момент Российская империя была заинтересована в мирном решении проблемы. Увы, пониманием момента лейтенант по молодости лет не обладал, поэтому нахамил адмиралу, ну а никакое начальство этого не любит. Кончился получившийся скандал тем, что лейтенанту пришлось подать в отставку, а тут как раз разведка подбирала людей для Соломина и мимо молодого и перспективного офицера пройти никак не смогла.

Ба-банг! Карабин стрелял не только метко, но и громко, тем более в замкнутом пространстве кабины. Ба-банг! Ба-банг! Соломин отлично видел, как одного из волков пули разорвали практически пополам, но в следующий миг открыли огонь и стрелки с остальных флаеров. Несколько зверей упало, какой-то из них катался по земле, и оставалось только порадоваться, что аппаратура позволяет видеть картину происходящего, но звук отключен – наверняка умирающий волк вопил от боли, и вопил страшно. А зверь, даже дикий – это не человек, он тварь бессловесная и страдает только от того, что в силу своей природы мешает тому же человеку, его, зверя, жалко.

Стая, потеряв не меньше двух десятков членов, тут же с завидной оперативностью поднялась и рванула прочь, моментально сообразив, откуда идет угроза, – все же это были, похоже, умные звери. К тому же на флаерах врубили сирены, и резкий звук, бьющий по чутким звериным ушам, оказался хорошей плетью, которая гнала жертв в строго определенном направлении. Вот только откуда им было знать, что люди, по сути, этого и добивались, выгоняя хищников точно на сидящих в засаде охотников.