Джек-Джек скрипнул зубами. Ему было чертовски неприятно это слушать.

— Вот видишь. Даже сейчас, когда я сделала тебе больно, я не почувствовала ничего. Ни одной эмоции. Даже у тех, кто скрывается в темноте, у этих демонов Глотки, даже у них есть чувства.

— То есть это люди? — Джек-Джек попытался уйти от неприятного разговора.

— А что такое человек? Что ты подразумеваешь под этим словом?

Андроид тяжело вздохнул. До точки входа еще оставалось идти порядком, и, пока было время поговорить, он хотел вытянуть из девчонки всю возможную информацию. Она явно знала куда больше, чем говорила.

— Ну… — начал он, — люди — это люди. Артур человек, Гайка…

— Девять Пальцев был человеком?

— Что? Да, конечно…

Мышка помрачнела.

— Так что там с этими демонами? Ты что-то чувствуешь?

— Я не хочу лезть в их души. Это неправильно.

— То есть ты можешь?

— Нет, — коротко соврала Мышка.

Какое-то время они шли молча. Джек-Джек подавлял в себе желание хоть как-то съязвить этой маленькой занозе. Им все-таки предстояло работать вместе. Но даже перепалки с Гайкой его раздражали не так сильно.

— Ты мог бы перестать делать это? — вдруг спросила Мышка.

— Делать что? — не понял ее Джек-Джек.

— Ну это, — она указала ему на свои зубы, — скалиться. Ты можешь перестать скалиться?

— Это я проявляю дружелюбие. — Улыбка Джек-Джека стала снисходительной.

— Там, откуда я родом, это означает агрессию. Да и к тому же твои клыки слишком белые, их за километр видно.

Джек-Джек попытался не улыбаться.