— Кхм… Фермерам?

— Да нет, как бы понятнее выразиться… Старшекурсникам. Пусть не задаются. Если я пока только абитуриент, это не значит, что молодой и совсем зеленый. Со мной придется считаться! Я им еще и не такую жару смоделирую, а что-нибудь похлеще! Весь континуум переделаю!

Водитель удивленно покосился на вмиг потерявшего свою невозмутимость индейца.

— Ничего не понимаю! — сказал Пакстон. — Сколько же вам лет и где вы учитесь?

— В ваших терминах и в вашем мире все это абсолютно лишено смысла.

Пакстон подождал продолжения, но его не последовало. Явно псих. Кто же еще? И что за день такой неудачный? То кролики мерещатся, то сумасшедшие индейцы подсаживаются… То-то он сегодня за завтраком просыпал соль! Надо избавиться от этого типа, и поскорее!

— Вы куда, собственно, путь-то держите? — как бы невзначай спросил Пакстон.

— Нам с вами по пути, не беспокойтесь, — ответил тип с нехорошей усмешкой.

По спине Пакстона пробежал холодок. Индеец неожиданно широко улыбнулся:

— Мне очень хотелось пообщаться с представителем, если так можно выразиться, гм… одной дипломной работы по давно интересующей меня теме. Кстати, а почему вы не подобрали десять минут назад бедного кролика Банни? Я думал, он импонирует вам, и именно по этой причине принял его облик…

Пакстон резко ударил по тормозам. «Додж» занесло, и он нырнул в густые заросли кукурузы. Стенли чуть было не вынес головой лобовое стекло, а индеец, будучи не пристегнут, даже не пошевелился.

Трясущимися руками Пакстон начал дергать ручку дверцы, стуча зубами от страха.

— Да не бойтесь вы так, — спокойно сказал индеец или тот, кто принял его облик.

Но Стенли, не слушая его, выскочил из машины и отбежал ярдов на пять, попав в облако медленно оседающей пыли. Бежать? Куда? Разобраться со всем этим? Но как? Или он сошел с ума? И что тогда делать? Спокойно! Раз, два, три… Главное — не наделать глупостей.

Не двигаясь, ЭТО молча сидело в машине. Пакстон, глубоко вздохнув, посчитал про себя до десяти. Галлюцинация не исчезла. Тогда он громко и четко посчитал вслух. До двадцати. И с тем же результатом.

ЭТО открыло дверь и вылезло из «доджа». Теперь ОНО приняло облик шефа Стенли — Рода Мюллера, грузного лысоватого человека с брюшком, одетого в серый костюм-тройку.

— Пакстон, — мягко сказало ОНО голосом шефа, — я не фантом. По крайней мере, не более, чем ты сам. Успокойся.

Стенли ощупал свой лоб — холодный. У него задрожали колени. Зря он не слушал радио! Наверное, где-нибудь неподалеку села летающая тарелка, и это чудовище — марсианин.

— Кто вы? — прохрипел он. — Инопланетянин?