Питер Белли вышел из отпуска и вернулся к привычному распорядку дня. Он снова вернулся к своему хобби и благодаря открывшимся возможностям увеличивал свой инструментарий астронома-любителя. Время от времени он клал на свой счет не очень значительные, но все же приличные суммы, а через короткое время полиция вновь рвала на себе волосы, пытаясь раскрыть очередное преступление без единой улики. Питер был аккуратен и грабил только крупные банки — там полиция тратила много времени, чтобы просто добраться до места преступления. Да и на выдаче вкладов ограбления не сказывались.

Но в жизни белые полосы чередуются с черными, как на куртке заключенного. И тень этой куртки замаячила над Питером в один явно не прекрасный день. Разбирая почту, он обнаружил повестку. В суд. По обвинению в сокрытии доходов от налогообложения. А как известно, в США вы можете творить что угодно — но упаси вас господь обманывать налоговое управление! Сам Аль Капоне сел не за сотни кровавых преступлений, а за то, что неаккуратно платил налоги. А Питер был далеко не Капоне.

И вот он — день крушения всех надежд. Речь прокурора, адвоката, присяжные удаляются, возвращаются… «За систематическое сокрытие доходов от налогообложения… на три года. Освобождению под залог не подлежит».

К счастью, тюрьма, в которую попал Питер, славилась своими либеральными порядками, и через пару месяцев прилежному заключенному Белли разрешили получить из дому любимую электронную игрушку. Начальник тюрьмы, подписывая разрешение, подумал: «Он просто большой ребенок. Дайте такому любимую погремушку — и весь срок он будет тих и послушен». Свою ошибку он осознал, когда Белли таинственно исчез. Решетки и замки были целы и невредимы, записи мониторов слежения в коридорах ничего не показывали, но факт остается фактом — Питер Белли как в воду канул. Был объявлен розыск по округу, затем по штату и стране, но он ничего не дал.

За полтора месяца до побега Белли в деревушке Пайн-Виллидж на юге Аляски появился человек, назвавшийся Джоном Пирсом, электриком. Документов у него не было, но тут привыкли верить на слово, а квалификацию свою он доказал быстро. Местное отделение энергетической компании давно нуждалось в таком работнике, к тому же мужик оказался славный, мастеровитый и башковитый. Джон пришелся, что называется, впору. Одна у него была странность — любил на звезды смотреть. С первых получек купил себе трубу такую со стекляшками — во-во, верно, телескоп — и ночами все на небо глядит. Месяца через три-четыре пришел шерифу Полу Стэнтону факс с фотографией очередного беглого — очень на Джона похож, но из тюрьмы сбежал на полтора месяца позже, чем появился Пирс, Пол так и отписал в ответ — нет, мол, у нас такого.