И дальше — неожиданный поэтичный шквал, зажигательный танец, в котором каждый герой (и, само собой, автор!) представляются читателю. Такая вот своеобразная стихотворная аннотация: здесь вам и Начо Бланко, вор-пикаро средневековой Кастильи, и Дон Саладо (догадались, на кого похожий?), и лисенсиат, то бишь бывший студент университета, и осел Куло, с которого начинается роман… Познакомились? Тогда в путь!

Действо, к которому мы имеем возможность приобщиться, чем-то напоминает театральное представление, а чем-то — дневник пикаро (поскольку повествование идет от первого лица, и лицо это — Начо Бланко). За «декорации» можно не переживать: Андрей Валентинов (он же — Андрей Валентинович Шмалько, доцент Харьковского университета, кандидат исторических наук) в реалиях того времени разбирается хорощо. На его счету более двух десятков фантастических романов, которые сам автор определяет как «криптоисторические», то бишь посвященные «потайной, скрытой» истории, которая «могла бы быть». В отличие от своих многочисленных коллег-ученых, А. Валентинов пишет не только достоверно, но и интересно. Собственно, мы имеем дело с редким случаем, когда по художественной книге можно изучать историю. Само собой, если делать поправку на элемент фантастического допущения.

Вот например: всем известно, что в Испании XV века рыцарство уже почти вышло из моды. На идальго, который странствовал бы пыльными дорогами в поисках кандидатов для честного поединка, смотрели бы в крайнем случае снисходительно, а то и вообще посадили бы под домашний арест. А удрал бы он из-под ареста — долго ли прожил бы в мире, который существует совсем по другим, ему не известным и не понятным законам?

Разве что, допустим, если бы нашел себе спутника, процентное соотношение «царя» в голове у которого оказалось бы большим, чем в его собственной, и который бы согласился сопровождать упомянутого идальго… ну, скажем, за деньги — или из каких-либо иных соображений. Это не существенно, из каких именно; в конце концов, дуэт чудаковатого Дона Саладо и осторожного Начо Бланко — совсем не Дон Кихот с Санчо Пансой. Хотя бы потому, что постепенно прагматичный Начо-пикаро тоже начинает видеть свет по-другому — и тогда его прагматизм отступает на второй план. Почему? За время странствия голова окончательно избавилась от «царя»? Или просто «много на свете есть такого, что и не снилось нашим мудрецам…»? И почему за беспомощным на первый взгляд идальго охотятся и маркиз-чародей де Кордова, и представители инквизиции?..

Ответы на эти вопросы ищите в романе. Тут же хотелось бы упомянуть о другом. Дуэт «умный-глупый» неоднократно появлялся в мировой литературе, вспомним хотя бы Шерлока Холмса и доктора Ватсона. В «Оле» же Валентинов перетасовывает шаблонные роли. Беспомощный Дон Саладо оказывается не таким уж беспомощным, а побывавший в тех еще переплетах Начо Бланко иногда никак не может разобраться в собственной душе. Герои Валентинова оживают, поневоле начинаешь сопереживать им, тем более что и препятствия у них на пути появляются отнюдь не надуманные.