Больше всего Стас боялся, что в последний момент у ботана сдадут нервы и он начнет нести ахинею.

Но Уиндел, как ни странно, за считаные секунды преобразился и сыграл свою роль выше всяких похвал.

— Мы из бактериологической лаборатории 3-Б, — проговорил он начальственным тоном, не снимая шлема. — По имеющимся данным, на обшивку вверенных вам истребителей был занесен неизвестный вирус с Земли Игрек. Он может создать угрозу жизни и здоровью людей, находящихся на борту авианосца. Мы имеем санкцию, подтвержденную адмиралом Скирюком, на проведение осмотра борта JU-22-4 и анализа степени опасности ситуации. Вам должны были сообщить. Посторонитесь.

Жаквин довольно уверенно двинулся вперед.

Начальник инженерной бригады удивленно глянул на спецназовца, но тот лишь непонимающе пожал плечами. Жест в тяжелой броне получился неуклюжим и страшноватым.

В глубине ангаров прозвучал сигнал трехминутной готовности – до открытия внешней переборки осталось совсем немного времени.

— Нам ничего не говорили о вашем прибытии, — нервно застегивая китель, проговорил начальник инженеров. — К тому же здесь вот-вот откроют переборку! Вам нельзя…

— Вирус неисследован и, возможно, опасен, — подойдя к нему вплотную, отчеканил Уиндел. — Вам и всему обслуживающему персоналу необходимо срочно пройти карантинный контроль. Офицер, — обратился он к спецназовцу, явно накидывая тому пару званий, — немедленно проводите всех инженеров в изолятор.

Санкцир, воодушевленный обращением «офицер», соображал недолго. Он обернулся к начальнику и виноватым голосом сказал:

— Виктор Петрович, я обязан… следовать санкции адмирала.

— Да какой санкции?! — взбеленился тот. — Может, это вообще… дезертиры какие-нибудь! Может, они блефуют! Нам потом погоны вместе с башкой снимут!

— Ты пойми, Петрович, если мы какую заразу на борт пропустим, нам кое-чего посерьезней снимут, — весомо проведя стволом возле гениталий, сказал спецназовец.

— Эти машины через пространство прошли, прежде чем на «Данихнов» вернуться! А в открытом космосе никакая зараза не выживает, остолоп!

И тут Уиндел нанес решающий удар. Он хамски оттеснил худосочного начальника плечом и ввинтил:

— Родной мой, если бы ты хорошо учился, то знал бы, что споры некоторых известных растений выживают даже в глубоком вакууме. А здесь – вообще непонятно что! Может, почище чумы бубонной! Ну-ка, живо в карантин на дезактивацию и тщательное медобследование! И не мешайте нам работать.

«Либо сейчас, либо никогда», — решил Стас, волоча Веру за собой через шлюзовой отсек.

— Ибланы! — в чисто человеческом порыве милосердия возопил начальник, вырываясь из лап спецназовца. — Там через минуту распахнется внешняя заслонка! Вас же в космос вынесет!