Когда Антуанетта увидела остатки того, что Проспер почему-то назвал «бутербродом с сыром», пытаясь при этом заглушить урчание в животе, лисица ничего не сказала, а просто отправилась на кухню и приготовила вкусный обед.

Но не успели они сесть за стол, как заявилась хозяйка дома, тигрица Анна, и громко заявила:

– Я все про вас знаю!

Лисы недоуменно переглянулись.

– Так уж и все? – спросил Проспер.

– Конечно! Я же читаю газеты!

– Ах, вот оно что…

– Вот именно! И имейте в виду, с циничных злодеев принято брать двойную квартплату!

Проспер смерил Анну долгим взглядом. Тигрица поежилась, но наглый вид не утратила.

– А вы имейте в виду, – с расстановкой произнес сыщик, – что циничные злодеи, совершив убийство, имеют привычку разрезать тело жертвы на кусочки. Какое ваше любимое число?

– Шестнадцать, – глухо ответила Анна, производя впечатление проколотого воздушного шарика.

– Шестнадцать кусочков… – задумался Проспер. – Хорошо, я учту.

– Мне пора! Очень много дел! – Анна вскочила и торопливо убежала.

Антуанетта улыбнулась:

– Здорово вы ее поставили на место, мэтр!

Но Проспер в ответ удрученно покачал головой:

– Это только начало, Антуанетта. Чует мое сердце, этот город еще покажет нам зубы… Надеюсь, мы успеем закончить свои дела и покинуть его раньше, чем он нас укусит.

Узор шестой, небесно-голубой

Брат Нимрод, Бенджамин Крот и Георгий, ведомые Львом, скакали из одной маленькой пещеры в другую. Ни в одной из них не обнаружилось ни намека на сокровища, тайники или Лиса Улисса, зато во всех искателей поджидали окурки от любимых градбургской мафией сигарет.

– Все, – наконец сказал измотанный Лев своим не менее утомленным спутникам, когда все они рухнули на траву передохнуть. – Больше на той территории, что отмечена на карте крестом, никаких пещер нет.