Кое-как перехватившись, Александр вытащил из брючной петли фонарик, и осветил им предстоящую дорогу наверх.

— Кажись, еще три пролета осталось.

Денис быстро произвел нехитрые расчеты, — Восемнадцать метров.

Рукавом куртки, взмокшей от пота, Саша вытер лицо, — А сколько мы уже прошли?

— Порядка, шестидесяти. Десять пролетов,… каждый, метров по шесть, вот и считай.

— Ничего себе, неглубокая шахта.

— Та да.

Чем больше они отдыхали, тем меньше им хотелось продолжать свое движение наверх. Оба понимали опасность сложившегося положения, и пытались найти в себе силы для дальнейшей борьбы.

Восстановив дыхание, Александр поднялся еще на пару метров и сошел с лестницы, на стальной профиль шахты лифта.

— Денис, теперь ты будешь идти первым. Давай дружище,… поднимайся. Ну, давай же,… не то мне придется спуститься, и вытянуть тебя за шкирку.

— Ладно-ладно, иду уже.

Дальше поднимались молча, не тратя силы на разговоры.

Сделав уже привычное движение, рука неожиданно схватила пустоту, — Ах…. Внезапный всплеск страха, чуть не взорвал мозг. Затаив дыхание, Денис прижался к лестнице и от натуги, где-то на периферии зрения, среди кромешной темноты, вспыхнули и быстро забегали яркие букашечки.

Саша по инерции наткнулся на ногу товарища, но, расспрашивать о причинах остановки не стал.

Из нагрудного кармана, Денис достал фонарик и осветил им лестничное полотно.

До конечной цели оставалось совсем немного, но почему-то в лестничном пролете появились отсутствующие перекладины, — Вот елки…. Сань, дальше осторожно, в этой лестнице не все перекладины на месте.

— Понятно. Сколько там еще?

— Пролет остался.

Дальнейшее продвижение неимоверно осложнилось. Силы таяли с каждой минутой, и вот наконец, утомление достигло своего предела. Дальше произошло то, чего и следовало бы ожидать в подобной ситуации.

Рука Дениса внезапно соскользнула с перекладины и не успела ухватиться за другую. На этот раз, он испугаться не успел. Его тело, стало быстро отклоняться от вертикали. Он физически ощутил открывающуюся под собой пропасть и не находя опоры, из последних сил, зашарил в пространстве онемевшими руками.