Ольга встревожилась, — Наверно, пока что об этом думать не нужно. — Девушка поднялась на ноги, встав с бетонного тола. — Выход уже совсем близко. Мы почти под самой поверхностью и осталось уже совсем немного. Давайте ребятки, вставайте. Нам пора в путь.

Будто зомби, с медлительными и неточными движениями, ребята устало поднялись с земли. Александр переложил фонарик в правую руку, а левой, ухватился за гирлянду кабелей, тянувшихся вдоль всей выработки.

— Щас сдохну, — Александр громко высморкался.

— Как страшно. Не тратьте попусту слова и силы,… идемте.

В открывшийся дверной проем, Денис пропустил вперед товарища и закрыл за собой дверь шлюзовой камеры. Осмотревшись, ребята определили, что они вышли на небольшую площадку, примыкающую к магистральному туннелю с узкоколейной железнодорожной колеей.

Александр направил луч фонарика сначала в одну сторону, затем в другую.

— Это уклон.

— И практически нет движения воздуха. — Не сводя с товарища глаз, Денис извлек из медсумки самоспасатель, и повесил его себе на шею, положив ладонь на чеку.

— Н-да,… - Саша смотрел на луч света, растворявшийся где-то в глубине темного туннеля, — воздух здесь действительно, очень тяжелый. Судя по всему, нам снова придется карабкаться наверх.

Ольга была не видна, но ее голос прозвучал отчетливо и твердо, — Нет. Нам как раз вниз.

Силы практически покинули путников, и ребятам даже понравилось то, что им не придется подниматься вверх по уклону. Спустившись по ступенькам, они осторожно побрели вдоль уходящего вниз уклона.

Через полсотни метров, они были вынуждены остановиться.

— Здесь нет ни датчиков, ни видеокамер, а если и есть, то они не работают! Откуда я могла знать, что тоннель затоплен? — Слабый луч фонарика проник сквозь толщу кристально чистой воды, осветив рельсы и длинный, узкий ящик, лежащий вдоль стены.

Денис опустился на корточки, и потрогал воду, — Судя по этим странным, белым водорослям, стелящимся по дну, будто волосы русалки, тоннель затоплен уже довольно давно.

— Ребята. Простите,… я действительно не знала.

Она уже таяла в воздухе, когда Денис, неожиданно спросил, — А сколько осталось, до выхода?

— Согласно плану подземных коммуникаций, оставшегося в моей памяти, около ста — ста двадцати метров.

Денис улыбнулся, и погладил висевший на груди самоспасатель.